Будет ли находка телефона считаться в данном случае кражей?

Что не нужно делать, если у вас украли телефон

Будет ли находка телефона считаться в данном случае кражей?

Ранее каждый раз, когда я видел сообщения о том, что у человека украли телефон, то всегда задавался вопросом: а зачем? Ну, серьезно, зачем воруют смартфоны если:

  • его можно отследить по IMEI, а смена IMEI явно не бесплатна;
  • на телефоне могут быть установлены блокировки, снять которые так же не бесплатно;
  • есть приложения с режимом «Антивор», которые передают фото, видео и аудио;
  • даже встроенные возможности Android (и, полагаю, iOS) имеют функцию геолокации пропавшего устройства;
  • устройство может иметь особые приметы, которые довольно сложно устранить «бесплатно»;
  • наверняка где-то рядом есть камеры видеонаблюдения, свидетели и т.п.;
  • при продаже краденного за него сложно будет выручить большую сумму денег.

Осознавая все это, я действительно не понимал, для чего же воруют телефоны, если, по сути, их легко найти, а денег на этом не заработать? Не понимал до 8 февраля 2019 года, пока у меня у самого не украли телефон.
Обратите внимание: все нижесказанное отражает лишь мою точку зрения и не является какой-либо инструкцией к действию или бездействию. Хороший адвокат сказал бы, что кражи не было, просто данный гражданин нашел чужое имущество и хотел передать его в полицию на ответственное хранение, но не сразу, а после возвращения из командировки, ссылаясь на Статью 227 ГК РФ «Находка», а еще лучше убедил бы его примириться со мной, но такого адвоката у него нет (забегая вперед скажу, что сначала не было), а есть следующие факты:

  1. Телефон был найден на закрытой частной территории.
  2. Вся территория буквально увешана камерами видеонаблюдения, и они реально записывают (в хорошем качестве, кстати).
  3. Собственник (т.е. я) в течение 20 минут звонил на телефон и включал режим поиска телефона (он начинал звонить и писать на экране что телефон утерян и номер для связи).
  4. Я догнал подсудимого, когда он уехал с нашей территории и рассказал ему все вышеперечисленное + показал геолокацию на ноутбуке.
  5. Он препятствовал деятельности сотрудников полиции, оказывал на меня психологическое давление, а потом и вовсе выбросил найденный телефон «испугавшись ответственности».

А теперь по порядку. Я пошел из офиса на склад (вход с другой стороны здания) и на обратом пути в шутку кинул в жену снежком, в неё не попал, зато попал на новый телефон. В момент броска старый телефон вылетел из кармана и упал на снег в 2-3 метрах от входа в офис. Для нашей фирмы ситуация банальная и ежедневная: кто-то теряет или забывает телефон и бегает, ищет его. Кто-то деньги, кто-то документы, кто-то еще что-то. До этого все случаи объединяло то, что вещь возвращали хозяину и ржали над ним, он ржал со всеми, а завтра мы уже смеялись над новым растяпой.

В этот раз ситуация была другая и телефон мне не вернули ни сразу, ни позднее. После 10 минут поиска жена предположила что его украли, после 20 минут уже многие так считали, а через 30 минут метка на карте начала уверенное движение, причем начала из того места где у нас во дворе были фуры на загрузке. Видели ли мы метку там? Да, видели, но ребята же часто к нам ездят (экспедитор, не водитель), товара на несколько миллионов забирают, куда им этот телефон за несколько тысяч? Это ошибка номер один. Нужно было подходить к ним и у каждого спрашивать, мы же предположили что телефон на складе и геометка ошибочна из-за экранирования стен.

Поняв, что телефон «сделал ноги», я совершил ошибку номер два, поехав один, ошибку номер три, не позвонив в полицию и не сообщив о краже и ошибку номер четыре, не взяв с собой запасной телефон для звонков в ту же полицию.

Приехав на место и точно убедившись в том, что метка на карте соответствует машине предполагаемого похитителя, я совершил ошибку номер пять, подойдя к нему и спросив не находил ли он телефон, а после препираний сделал ошибку номер шесть и показал ему ноутбук с геометкой (нужно ли говорить, что потом телефон вдруг оказался выключен).

Дальше не особо интересно, я съездил в офис, взял телефон жены, поехал назад, вызвал полицию, блокировал выезд из крупного ТЦ до приезда полиции, ездил писать объяснения, много раз ходил в полицию и т.п.

А какие ошибки я сделал еще? Например, не взял квиток о том, что у меня приняли заявление.

Передал фото и видеоматериалы на флешке (то, что её потеряли и походу не найдут лично для меня уже не хорошо и не плохо, но если бы потеряли диск было бы действительно все равно), неверно оценил ущерб (когда полицейские спрашивают «во сколько оцениваете ущерб» им не интересно за сколько можно такой же телефон купить на Авито, им интересно во сколько вы оцениваете этот ущерб). Отдал оригиналы документов на телефон и еще много мелких ошибок.

Последней ошибкой (далее я уже научился не делать их) стало то, что я не попросил дознавателя избрать меру пресечения. В идеале бы домашний арест, но подписки о невыезде тоже хватило бы (сразу хочу отметить, что не могу сказать повлияло бы это или нет, но, возможно, было бы проще).

Дело в том, что я живу в одном городе, а обвиняемый в другом, за 100 км от меня, а еще он работает водителем на междугородних перевозках и, соответственно имеет разъездной характер работы.

Ну, так вот, время-то идет и в середине майских звонят мне из суда и спрашивают, мол, удобно ли вам такого-то числа ко стольки-то часам в суд придти, в качестве потерпевшего. Конечно,- говорю,- удобно, я приду. Отлично, — говорит мне секретарь,- я вам еще смс пришлю сейчас, чтобы не забыли.

Дни идут, приезжаю я в суд к назначенному времени и вот мы уже сидим впятером: судья, секретарь, представитель обвинения и адвокат подсудимого. А самого подсудимого нет, он не приехал. Ему позвонили, на что он сказал, что находится за 2500 км от нас, в командировке и в суд не придет.

Повздыхали мы и нам назначили следующее заседание через несколько дней, чтобы он успел вернуться. А он опять не пришел: забыл. Тут судья уже ругаться стала, что человек не приходит, а сделать она ничего не может, он же не под подпиской. Надежда оставалась на то, что через 2 недели он не явится снова, тогда его найдут приставы и поместят в СИЗО, откуда будут возить на заседания.

Но все обернулось проще: он пришел. Пришел, встретил меня на улице и заявляет: а давай мировую подпишешь мне? Тут я сделаю лирическое отступление: телефон я покупал за 7500 в кредит (рассрочку), стекло за 600 и чехол за 400, значит всего примерно 9000 рублей (может и меньше, но не суть). К новому телефону я так же купил чехол, стекло, все это менее 1000 рублей, а еще я ездил в полицию много раз (тратил бензин, да и флешка не 10 рублей стоит). За вычетом моего времени, которое я не стал оценивать чтобы не наглеть (конечно тысяч 5-10 можно было бы накинуть «за моральные страдания», но человек откровенно туповат и вряд ли бы понял калькуляцию, да и суд не оценил бы) я оценил ущерб в 12 000 рублей, он мне вернул до этого 5000 рублей, а экспертиза сказала что телефон стоит 4700, т.е. формально уже я должен был ему. Ну, так вот, просит он значит мировое соглашение перед судом подписать, а я стою, глазами хлопаю и говорю ему: ты мне мозги два месяца делаешь, не можешь 7000 отдать которые клялся на карту перевести, на основании чего я подписывать что-то буду? А он такой делает глаза кота из «Шрэка» и говорит: в течение недели все отдам. Но его беда заключалась в том, что последнюю ошибку я сделал тремя абзацами выше, поэтому сказал сухо: утром деньги, вечером стулья, а для тебя еще и переведу: деньги до того, как зайдем в зал суда. И ушел. Встретились мы с его адвокатом новым, приятный такой мужик, вежливый, улыбается, как ребенок изумляется сумме требований и т.п. В общем хоть и бесплатный, но явно работает в интересах подсудимого, не то, что предыдущая. Зашли в суд, ответили на стандартные вопросы, в том числе о примирении сторон, я снова отказал. Поговорили о том, почему такая сумма, я все разъяснил (тут ошибки не было, сухо сказал что ему все разъяснил, он согласился и обещал заплатить, но не заплатил), после чего представитель прокуратуры меня поддержал и заявил о том, что озвученная мной сумма это условие потерпевшего. Далее диалог судьи (С), обвиняемого (О) и адвоката (А) в почти дословном пересказе: С: О, вы согласны? О: Да, согласен. С: Переношу заседание на 3 дня, вы передадите потерпевшему деньги? О: Да я постараюсь… С: (перебивает) Тут суд и торговаться с вами более никто не будет, трезво оцените свои силы. А: Мой подзащитный согласен и деньги принесет. О: (неуверенно) да, я… А: (перебивает, твердо): Мой подзащитный принесет деньги. С: Потерпевший, вы согласны? Я: Да, согласен. С: Заседание окончено, выйдите в коридор и ждите повестки.

— в коридоре — Адвокат, улыбаясь во все лицо, начинает доброжелательным голосом монолог в адрес подсудимого: Ты вообще понимаешь, что сейчас происходит? Ты телефон украл, на суд не ходил, потерпевшего обманываешь, тебе предлагают примириться за абсолютно адекватную сумму, а ты кривляешься? Да тебе судья сейчас штраф тысяч 15 выпишет, влепит часов 200 исправительных работ, и ты несколько месяцев это все отрабатывать будешь, а приставы тебе в этом помогут, чтобы ты снова не забыл и в командировку не уехал. А потом еще сыну твоему будут все говорить что его отец вор.

Видимо в этот момент до подсудимого в первый раз дошла полная картина происходящего и все возможные последствия, поэтому он клятвенно заверил меня в том, что перед следующим заседанием отдаст мне деньги. А сегодня было заседание суда, на этот раз последнее. Перед судом мне отдали деньги, я написал расписку и ходатайство о прекращении уголовного дела, он написал ходатайство о том, что не возражает и все это мы отдали судье. У представителей всех сторон уточнили согласны ли они, у меня уточнили добровольно ли я это сделал (не оказывалось ли на меня давление), у подсудимого уточнила о том, понимает ли он что обстоятельства прекращения дела не реабилитирующие и после этого судья всех отпустила, сказав что решение суда всем пришлют по почте, после чего подсудимый начал толкать речь о том, что ему можно ничего не писать, потому что (цитирую) «почтальоны постоянно все путают и меня не находят»… На этом история закончилась. Она началась 8 февраля в районе 16 часов и закончилась примерно в это же время 30 мая, продлившись 111 дней.

А теперь кратко еще раз том, что не нужно делать, если у вас украли телефон:

  • не нужно стесняться спрашивать людей о том, не находили ли они его;
  • не ищите его в одиночку;
  • не бойтесь звонить в полицию;
  • не ездите без запасного телефона;
  • не показывайте улики и не говорите о том, что нашли его (телефон) потенциальному похитителю;
  • не забывайте взять квиток о том, что заявление приняли;
  • не передавайте фото- и видео- материалы на флешках;
  • не думайте о методике оценки ущерба, а говорите как считаете;
  • не отдавайте оригиналы документов;
  • не забывайте попросить назначить обеспечительные меры (чтобы человек не пропал куда).

Писать о том, что делать нужно (причем делать еще до того, как у вас что-нибудь украли) я не буду, на эту тему есть множество полезных статей. Просто знайте, что вокруг по-прежнему есть люди, которые никогда не думают о последствиях и лично я рад тому, что у меня просто украли телефон.

Источник: https://habr.com/ru/post/454190/

Верховный суд подтвердил, что брать забытые вещи равнозначно воровству

Будет ли находка телефона считаться в данном случае кражей?

Верховный суд России подтвердил, что брать чужое в общественном месте – это воровство. На привычке брать, что плохо лежит, погорела жительница Карелии Натальи Г.: она взяла в холле поликлиники чужой мобильный телефон.

История банальная, но затрагивает принципиальный правовой вопрос: как отличить находку от кражи? Трубку оставил некий пациент , который ушел, забыв по рассеянности телефон. Через некоторое время человек спохватился и вернулся, но аппарата и след простыл.

Верховный суд разъяснил, как получить компенсацию за бесконтактную аварию

Трубка стоимостью более 20 тысяч рублей прилипла к рукам той самой Натальи Г. Впоследствии в суде защита женщины попыталась доказать, что хозяин сам виноват, раз оставил без присмотра свою вещь. Мол, телефон не похищен, а найден.

По мнению адвоката, прямого умысла на завладение чужим имуществом у женщины не было, активных действий по изъятию телефона из владения потерпевшего она не предпринимала. То есть сама никому в карман не залезла.

Найденным телефоном не распоряжалась, а добровольно выдала, когда к ней обратились по этому поводу.

Проще говоря, картина получалась такая: увидела в общественном месте бесхозный телефон, положила его в свой карман. А когда ее вычислили, спокойно вернула взятое. Не запираясь. Надо ли за это наказывать?

Нижестоящие суды осудили женщину по статье “кража” и назначили 100 часов обязательных работ. Защита дошла до Верховного суда страны, пытаясь обжаловать приговор. Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда России признала вынесенные решения совершенно законными.

Вещь, оставленная в общественном месте без присмотра, не становится ничейной. Взять ее – воровство

В своем определении Верховный суд указал: телефон потерпевшего не был утерян, а был оставлен им совместно с другими вещами в помещении поликлиники в известном собственнику месте.

Причем хозяин отлучался на непродолжительное время, а после обнаружения пропажи попытался дозвониться на свой номер.

В то же время из показаний осужденной очевидно – она осознавала, что телефон имеет владельца, которого рядом нет, но при этом не отвечала на звонки, а затем и вовсе избавилась от сим-карты. Так что уверения, мол, нашла, а когда попросили, то вернула, были лукавством.

К сожалению, принцип “что упало, то пропало” у нас порой разделяют даже люди, считающие себя добропорядочными и законопослушными. По их мнению, воровство – это когда прямо залезаешь в чей-то карман или тайком забираешься в чужой дом. А взять забытую кем-то на лавочке или багажной тележке вещь многие воровством не считают. Дескать, это находка, а за находки не сажают.

У судов на этот счет другой, более строгий взгляд. Забытая в общественном месте вещь не становится ничейной. Оставили сумку, например, в аэропорту? Тот, кто возьмет ее, тот вор. Без вариантов.

Верховный суд защитил клиента банка, досрочно погасившего кредит

“Правовые подходы что считать кражей, что находкой отработаны достаточно четко, – пояснила “РГ” пресс-секретарь Ассоциации юристов России Валерия Авер. – Владение в юридическом смысле понимается значительно шире, чем просто держать вещь в руках или непосредственно ею пользоваться.

Поэтому даже оставленная без присмотра вещь не перестает принадлежать владельцу”. По ее словам, вещи, оставленные без присмотра в специальных местах (вокзал, аэропорт и т.д.), считаются находящимися во владении лиц, которым они принадлежат. Забытая вещь находится в месте, известном хозяину, и он может вернуться за ней.

Так, если пассажир забывает свои вещи в такси, а водитель либо другой пассажир забирает их себе, он совершает кражу.

“Не влечет уголовной ответственности только присвоение находки, то есть потерянной вещи, – говорит Валерия Авер. – У потерянной вещи с юридической точки зрения есть два признака. Первый: она находится в неизвестном хозяину месте. Второй: у нее нет идентификационных признаков.

Поэтому нож или котелок, потерянные кем-то в лесу, станут находкой. Но если на проселочной дороге вы увидите оставленный кем-то автомобиль, это не может считаться находкой. У автомобиля есть идентификационные признаки. Его принадлежность легко устанавливается. Просто по каким-то причинам хозяин оставил машину без присмотра.

Но не потерял. Присвоить себе автомобиль нельзя – это будет кражей”. К тому же, даже если вещь считается находкой, честный человек должен сделать все, чтобы найти настоящего хозяина. Согласно ГК, нашедший потерянную вещь обязан немедленно уведомить об этом ее хозяина.

Если владелец неизвестен, нашедший вещь обязан заявить о находке в полицию или в орган местного самоуправления.

Источник: https://rg.ru/2017/08/28/verhovnyj-sud-podtverdil-chto-brat-zabytye-veshchi-ravnoznachno-vorovstvu.html

О некоторых юридических коллизиях

Будет ли находка телефона считаться в данном случае кражей?

В редакцию «Полиции России» обратился начальник Пермского ЛО МВД России на транспорте полковник полиции О. Поляк. 

На его вопросы, возникшие в ходе оперативно-служебной деятельности, отвечает заместитель начальника Договорно-правового департамента МВД России генерал-майор внутренней службы Иван ИВАНОВ.

Является ли участником уголовного судопроизводства начальник органа дознания и имеет ли он право на обжалование решения прокурора?

В соответствии с п. 58 ст. 5 УПК участниками уголовного судопроизводства являются лица, принимающие участие в уголовном процессе.

Из взаимосвязанных положений пунктов 45 и 47 указанной статьи следует, что начальник органа дознания является участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения.

Частью первой ст.

123 УПК установлено право обжалования действий (бездействия) и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

При этом в части первой ст. 125 УПК закреп­лена основная идея обжалования в суд действий (бездействия) и решений должностных лиц. Она заключается в том, что в суде могут быть обжалованы лишь те решения, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ к правосудию.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 3 постановления от 10 февраля 2009 г.

№ 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», не подлежит обжалованию в порядке статьи 125 УПК решения и действия (бездействие) должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу (например, прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия).

Исчерпывающий перечень решений прокурора, которые могут быть обжалованы следователем и дознавателем во внесудебном порядке, установлен специальными нормами УПК РФ. Так, частью пятой ст.

38 УПК предусмотрено, что следователь вправе обжаловать с согласия руководителя следственного органа решение прокурора об отмене постановления о возбуждении уголовного дела, о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объёма обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков. В соответствии с частью первой статьи 41 УПК дознаватель вправе обжаловать с согласия начальника органа дознания решение прокурора о возвращении уголовного дела дознавателю для производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта или обвинительного постановления о направлении уголовного дела дознавателю для производства дознания в общем порядке.

Таким образом, начальник органа дознания не уполномочен на обжалование решения прокурора об отмене утверждённого им постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

Между территориальными подразделениями прокуратуры и органов внутренних дел время от времени появляются разногласия о законности принятия решения по материалам проверки по фактам хищения чужого имущества.

Мнение прокурора основывается на кассационном определении суда и гласит, что, например, найденный сотовый телефон является ценной и значимой вещью и не может быть брошен собственником, кроме того обладает родовыми признаками и содержит информацию, достаточную для установления владельца, тем самым находка образует состав преступления, предусмотренный ст. 158 УК РФ (Кража).

По моему мнению, для наличия состава данного преступления необходимо не только обращение чужого имущества в пользу винов­ного или иного лица, но и его неправомерное изъятие из владения потерпевшего, то есть совершение активных действий, в результате которых имущество выходит из обладания собственника (иного лица). В ином случае завладение таким имуществом не образует состав преступления, предусмотренный ст. 158 УК РФ (Кража). Так образуют ли действия того, кто нашёл (присвоил) какую-либо вещь, состав преступления, предусмотренный ст. 158 УК РФ?

Не оспаривая отсутствие прецедентного права в уголовном законодательстве Российской Федерации, отмечаем, что находка вещи не во всех случаях может расцениваться как кража. В этой связи обстоятельства её потери и находки должны быть предметом рассмотрения в каждом отдельном случае.

Под хищением в статьях УК РФ понимаются совершённые с корыстной целью противоправные деяния – безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества (пункт 1 примечаний к статье 158 (Кража) УК РФ).

Как тайное хищение чужого имущества (кражу) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника, или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

По смыслу закона при совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении либо под охраной которого оно находится.

Если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения, а неправомерное присвоение найденной или случайно оказавшейся у виновного чужой вещи влечёт гражданскую ответственность, предусмотренную Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК).

Согласно положениям ст.

227 (Находка) ГК нашедший потерянную вещь обязан немедленно уведомить об этом лицо, потерявшее её, или собственника вещи, или кого-либо другого из известных ему лиц, имеющих право получить её, и возвратить найденную вещь этому лицу. Если вещь найдена в помещении или на транспорте, она подлежит сдаче лицу, представляющему владельца этого помещения или средства транспорта.

Если в течение шести месяцев с момента заявления о находке в полицию или в орган местного самоуправления (п. 2 статьи 227 ГК) лицо, управомоченное получить найденную вещь, не будет установлено или само не заявит о своём праве на вещь нашедшему лицу либо в полицию или в орган местного самоуправления, нашедший вещь приобретает право собственности на неё (ст. 228 ГК).

Следует также отметить, что нашедший вещь вправе потребовать от лица, управомоченного на получение вещи, вознаграждение за находку в размере до двадцати процентов стоимости вещи. Если найденная вещь представляет ценность только для лица, управомоченного на её получение, размер вознаграждения определяется по соглашению с этим лицом.

Право на вознаграждение не возникает, если нашедший вещь не заявил о находке или пытался её утаить (абзац второй п. 2 ст. 229 ГК).

Согласно обзору кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики за второй квартал 2012 года при решении вопроса об отграничении кражи от присвоения находки следует исходить из понятия владения имуществом и различием между потерянной вещью и забытой.

Так, в соответствии с законом имуществом, находящимся в помещении, специальном хранилище, транспортном средстве (автомобиле, купе поезда), владеет лицо, которому принадлежит помещение или которое поместило туда свои вещи.

Вещи, оставленные без присмотра в специальных местах (вокзал, аэропорт, служебное помещение и т. д.), считаются находящимися во владении лиц, которым они принадлежат.

Поэтому завладение вещью в таких местах должно рассматриваться как кража.

Если забытая вещь находится в месте, известном собственнику или владельцу, и он имеет возможность за ней вернуться или иным способом её получить, лицо, присвоившее эту вещь, совершает кражу.

Потерянная вещь – это предмет, не имеющий идентификационных признаков принадлежности и находящийся в месте, которое собственнику или владельцу неизвестно (кассационное дело № 22–1069).

Таким образом, действия лица, направленные на умышленное невозвращение находки её владельцу, в том числе посредством непринятия мер по установлению владельца вещи (при наличии такой возможности), а также в случаях, когда лицо достоверно знает, кому она принадлежит, или предполагает, что владелец может за ней вернуться, либо предпринимает меры по её сокрытию (например, отключает найденный мобильный телефон), могут расцениваться как тайное хищение и квалифицироваться судами по статье 158 УК РФ. Данный вывод подтверждается, например, постановлением Президиума Оренбургского областного суда от 2 июня 2014 г. № 44у–181–2014.

20.09.2016

Источник: http://ormvd.ru/pubs/101/of-some-legal-collisions/

Ветка права
Добавить комментарий