Имеет ли право учительница забирать блокнот дочери, если она его забыла в школе?

Учительница сорвала урок: ей не понравился пирсинг ученицы

Имеет ли право учительница забирать блокнот дочери, если она его забыла в школе?

Педагог потребовала снять сережку в носу. Имеют ли право учителя придираться к внешнему виду школьников, и как подростку отстоять свободу самовыражения — советы психолога.

В рамках проекта gazetaby.com. «Обратная сторона медали» читательница рассказала о конфликте, который произошел в школе у ее дочери-одиннадцатиклассницы.

— Одноклассница моей дочки Алеся сделала пирсинг. Колечко в носу вызвало негативную реакцию учительницы иностранного языка. На уроке она потребовала девочку снять сережку. Та отказалась. Учительница сказала, что она не может смотреть на пирсинг и вести урок. Обратилась к ученице со словами: «Переходи в другую группу».

Прямо на уроке она пошла к коллеге, чтобы та забрала ее ученицу. Алеся не выдержала и ушла с урока, в этот день она больше в школе не появлялась. Учительница вернулась и извинилась перед классом за то, что прервался урок.

Позже дочь рассказала, что мама Алеси поговорила с учительницей по телефону, она осталась в группе. За инцидент на уроке учитель перед ученицей не извинилась.

Меня задела за живое эта ситуация. Пару лет назад моя дочь в конце учебного года также делала пирсинг, и «гвоздик» в носу провоцировал замечания со стороны администрации школы, которые в лицо дочери говорили: «Зачем ты это сделала? Тебе, наверное, больно?» Дочь отвечала, что ее внешний вид их не касается, это к учебе не имеет отношения. 

Посоветуйте, как разрешать конфликты «учитель-ученик», если придирки касаются внешнего вида? Как правильно расставить границы, чтобы школа в лице администрации и педагогов не указывала подросткам, как им стричься, делать ли пирсинг и т.д.? Почему эти вопросы так волнуют учителей?»

«Нигде не прописаны нормы, с какой прической или макияжем должен приходить ученик в школу»

Психолог Лилия Ахремчик напоминает, что деятельность учителя регламентируется Законом «Об общем среднем образовании» и должностной инструкцией. Согласно Закону, задачами общего среднего образования является в том числе формирование эстетического вкуса.

— Учитель и администрация школы, придираясь к внешнему виду учеников, могут сослаться на якобы воспитание эстетического вкуса. Но! Нигде не прописаны нормы, в каком именно виде (за исключением делового стиля), с какой прической, с макияжем или без, с пирсингом или без, должен приходить ученик в школу.

Этого и не может быть, потому что любое ограничение свободы в самопредъявлении можно расценить как дискриминацию, — считает Лилия Ахремчик.

Психолог отмечает, что в Беларуси нет отдельного закона о дискриминации, и это создает лазейки для вольных интерпретаций отдельных личностей, но в государстве есть Конституция, которая гарантирует равенство прав вне зависимости от пола, национальности, внешности, состояния здоровья и прочее.

— Более того, согласно тому же Закону об образовании работники учреждения образования обязаны обеспечить «сохранение и укрепление физического и психического здоровья учащихся», поэтому любой манипулятивный прессинг недопустим.

Эксперт подчеркивает, что у нас нет практики фиксировать у психотерапевтов стресс, депрессию, которые переживает ребенок, — то, что можно отнести законодательно к «моральным страданиям».

— Если бы родители это чаще делали и писали соответствующие заявления в вышестоящие органы, желание педагогов высказывать свое мнение относительно внешности ученика резко поуменьшилось бы.

«Агрессивное поведение учителя говорит о его непрофессионализме и незнании возрастной психологии»

Психолог считает: эксперименты с внешностью совершенно нормальны в подростковом возрасте:

— Это естественное следствие происходящих с ребенком психических процессов — поиск своей уникальности, при этом желание не отбиваться от стаи, потребность быть самостоятельным, свержение авторитетов, пересмотр социальных стандартов и прочее.

Внешность — едва ли не единственное, чем подросток управляет на самом деле при его неуемной тяге к независимости. Бороться с этим — то же самое, что бороться с самой природой.

Агрессивное поведение учителя, обнаружившего какие-то изменения во внешности ученика, говорит о его непрофессионализме и незнании возрастной психологии.

К тому же, законодательно учителя не обязывают во время обучения и после проходить личную психотерапию, поэтому действуют обычные механизмы психологической защиты — проекции, переносы, отрицание и прочее.

Скажем, себе человек чего-то не разрешает, поэтому то, что это делает кто-то другой, так раздражает.

Или, например, учительница испытывает неосознанную зависть к ученице, потому что та юна и красива, и потому вынуждает стать незаметной, снять «это все» или смыть макияж. Ничто человеческое не чуждо, как говорится.

Кроме того, школа, как поставщик рабочих кадров, не заинтересована в укреплении индивидуальности — системе нужны стандартизованные винтики, говорит Лилия Ахремчик. Поэтому творческий потенциал, сохранение личностных границ и самобытности ребенка — целиком ответственность родителей.

— Что делать родителям? Быть на стороне своего ребенка — это главное. И помнить, что они имеют дело с бюрократической системой, поэтому в отстаивании своих прав необходимо использовать нормы и документы, минимум эмоций.

Татьяна Гусева

Если вы заметили ошибку в тексте новости, пожалуйста, выделите её и нажмитеCtrl+Enter

Источник: https://ex-press.by/rubrics/obshhestvo/2019/11/24/uchitelnicza-sorvala-urok-ej-ne-ponravilsya-pirsing-uchenicy

Как манипулировать учителем

Имеет ли право учительница забирать блокнот дочери, если она его забыла в школе?

Мне кажется, что когда-то, несколько лет назад, я уже писала на «Снобе» (возможно, в х) про эту несколько манипулятивную, но практически стопроцентно действенную методику. Проблема актуальная, с которой каждый год в нашей стране сталкиваются сотни, если не тысячи родителей учеников и учениц начальной школы.

Три живых голоса:

— Доктор, помогите, я просто не знаю, чего мне делать! Она говорит, мой Петя идиот и ему нужно в школу для умственно отсталых, но он же не идиот, я знаю, он просто медленно все делает. Он всегда такой был, и в садике тоже. Медленно ест, медленно одевается.

Если его не торопить, он все эти задачи решит, и даже ошибки в диктанте найдет… Ну не все, конечно… но что-то найдет точно! А если его подгонять, так он просто в ступор впадает.

А она говорит, что не может все время его ждать и им заниматься, у нее в классе еще 35 человек…

— Мы всесторонне обследовались и консультировались у лучшего невролога города. Он сказал, что никаких противопоказаний, ребенок интеллектуально даже превосходит свой возраст, просто он очень подвижный.

Я специально выбирала школу и учителя, о котором говорили, что она может именно заинтересовать детей.

И что же? Теперь, в середине второго класса, она говорит, что гимназическая программа Валентину не подходит, на уроке он не подчиняется дисциплинарным требованиям и мешает другим детям усваивать материал, она выставит неудовлетворительное поведение и вынесет вопрос на педсовет, но может и ничего не выносить, если мы согласимся просто тихо уйти в другую школу с обычной программой. Но мы не хотим уходить, это хорошая школа, Валентин привык к детям и учительнице, и по всем предметам у него бывают двойки, но бывают и пятерки! И разве это не дело учительницы — обеспечить дисциплину на уроке?!

— Танечка так расстраивается, плачет, когда двойки получает… Она говорит: дети кричат, балуются, она сосредоточиться не может. И сдает пустой листок, а учительница говорит: не усваивает материал.

Но Танечка любит в школу ходить, и подружек своих, и учителей, вот по английскому группы маленькие, и там у нее все хорошо, и по труду, и по рисованию… Мы просто в садик из-за здоровья не ходили, поэтому, может, ей труднее других привыкнуть.

А учительница говорит: я не могу объяснять ей отдельно, у меня другие дети есть, идите на домашнее обучение. А Танечка теперь хочет со всеми, она уже дома, когда болела, насиделась! Как бы нам так сделать?..

Итак, у вашего ребенка в начальной школе есть реальные проблемы: гипер- или гиподинамический синдром, нарушения концентрации внимания, дисграфия, еще что-то, но нет реальных противопоказаний для обучения в массовой школе.

Но при этом ваш ребенок мешает учителю: нарушает дисциплину, плохо соображает, отвлекается, тормозит и т. д. И вот учитель явно готовится его «слить» — из класса или из школы. А вы хотите оставить.

В этой школе, в этом классе, у этого учителя.

Чего делать нельзя?

Обвинять учителя и требовать «индивидуального подхода» для вашего ребенка.

Опытные учителя начальных классов говорили мне (и я им верю), что если в классе три «электровеника» и один «тормоз», работать еще можно, но на пределе.

Если больше — учебную (основную для учителя) задачу выполнить невозможно. Единственный выход в этом случае — сверхштатного персонажа из класса убрать любым способом. Вам нужно, чтобы это оказался не ваш ребенок.

Ваши действия:

  1. Покупаете блокнот с яркой картинкой и игрушку, которую часто можно видеть на торпедах машин — некая зверюга с подвешенной на крючке головой. Машина едет, голова качается.

  2. Учитесь долго и ритмично качать головой так, как это делает купленная зверюга.

  3. Берете ручку, купленный блокнот и идете к Марье Петровне.

  4. Непрерывно качая головой, как та зверюга, говорите, не жалея вежливых и даже льстивых оборотов, приблизительно следующее:

— Марья Петровна, я знаю, что у моего ребенка есть проблемы. С ним нелегко. Мы работаем над этим, занимаемся каждый день, ходим к психологу и т. д. Но, Марья Петровна, ничто не заменит рекомендаций опытного педагога, который видит ребенка каждый день. Скажите, что нам делать, я записываю.

Марья Петровна что-то вам скажет, и вы это запишете. Если покажется здравым, делайте.

  1. Каждый день формально спрашиваете у ребенка про его успехи.

  2. Через три недели (срок, проверенный более чем десятилетней практикой: реже — забудет, чаще — надоест) снова появляетесь пред очи Марьи Петровны и говорите:

— Марья Петровна, мы все делаем, как вы сказали. Что-нибудь заметно? Есть сдвиги?

— Да как-то нет, — честно отвечает Марья Петровна.

— Еще мудрости! — восклицаете вы, пожирая глазами начальство и не забывая ритмично качать головой. — Я записываю и каждый день, как отче наш…

Марья Петровна чуть напрягается и выдает еще каких-нибудь рекомендаций.

— Свет истинного знания просиял перед моим внутренним взором! — радостно заявляете вы и уходите работать.

8. Повторение эпизода номер 7. С одной поправкой: Марье Петровне как-то слегка неловко (ведь вы же уже больше месяца действуете по ЕЕ СОБСТВЕННЫМ рекомендациям), и она говорит (врет):

— Ну может есть какое-то улучшение, но ма-а-аленькое…

— О радость! Еще мудрости!!! — взвываете вы, поудобнее перехватывая блокнот и привычно качая головой.

9. На следующий день Марья Петровна невольно приглядывается к вашему ребенку (мать так старается!) и полусознательно дает ему чуть-чуть форы (подольше ждет ответа, если речь идет о «тормозе», дает возможность собраться рассеянному и т. д.). Ребенок принимает неожиданную поддержку и отвечает или успешно выполняет задание, и она ему говорит: вот видишь, ты можешь!

Вечером вы задаете ребенку дежурный вопрос об успехах, и он радостно отвечает: Марья Петровна меня сегодня похвалила! Сказала, что я могу!

— О! — говорите вы. — Процесс пошел. Я знала, что так и будет. Заяц, к завтрашнему дню мы с тобой хорошенько подготовимся, чтобы Марью Петровну не разочаровать. Ты поднимешь руку и… Я верю в тебя, заяц!

10. Назавтра Марья Петровна чувствует неловкость (вчерашний «обман» стучится из подсознания) и, увидев поднятую руку, решает проверить свои ощущения.

Но ребенок действительно отвечает лучше, чем обычно! Ей не показалось, и значит, вчера не было никакой натяжки! Он действительно выправляется благодаря ее рекомендациям и настойчивости матери в их выполнении! Ребенок получает полноценную, эмоционально возвышающую похвалу (хотя Марья Петровна хвалит не только и не столько его, сколько себя и вас), которую, естественно, пересказывает дома. Все радуются, ребенок воодушевлен и готов к новым свершениям.

11. Вы бежите в школу с неизменным блокнотом и, непрерывно кивая, благодарите Марью Петровну, не забыв запросить еще мудрости.

— Да-да, нам нужно еще много работать! — строго говорит Марья Петровна, но ее глаза сияют добротой.

12. На этом месте замыкается петля обратной связи. Вы и ваш ребенок теперь для Марьи Петровны — ее удача и достижение. Она говорит коллегам: «Вот возьмите Васю! Одна ходячая проблема! Но если семья борется, не опускает рук, мать готова слушать настоящих профессионалов (меня!) и исполнять рекомендации, то даже зайца можно научить стучать на барабане!»

Вася по-прежнему пропускает буквы, путает подлежащее со сказуемым и болтает с соседями, но петля обратной связи захватила и его: Марья Петровна его любит и ценит, и он стал лучше учиться и больше не запускает в классе бумажных голубей, чтобы не расстраивать учительницу.

Ложка дегтя: кого-нибудь Марья Петровна все равно «сольет» (работать-то надо). Но это будет НЕ ВАШ ребенок. Свою удачу не сливают.

Источник: https://snob.ru/selected/entry/68563

Ветка права
Добавить комментарий