Как остановить шантажиста за несколько часов?

ЛитЛайф

Как остановить шантажиста за несколько часов?

Решить эту задачу Хеттингер мог двумя способами. Или позволить шантажисту послать эту отвратительную фотографию миссис Хеттингер, или заставить его прекратить шантаж. Первый способ грозил пренеприятными последствиями. Второй… но как его реализовать?

Хеттингер мог, разумеется, отправить мистеру Джордану письмо и воззвать к его совести. Но в глубине души понимал, что проку от этого не будет. Действительно, какая у шантажиста совесть?

Что еще?

Он мог убить мистера Джордана.

По всему выходило, это единственная возможность остановить шантажиста. Да только как это сделать? Майрон Хеттингер не мог болтаться в холле указанного в письме отеля, ожидая, пока мистер Джордан придет за конвертом с ключом: шантажист знал его в лицо. По той же самой причине не имело смысла тереться около камеры хранения.

Так как же все-таки убить человека, не встречаясь с ним?

И тут Хеттингера осенило. Он широко улыбнулся. Так улыбаются люди, нашедшие выход из чрезвычайно сложной ситуации.

В тот день Хеттингер вышел из кабинета в полдень. В банк не пошел, зато заглянул в магазин химических реактивов, галантерейную лавку и несколько аптек. В каждом месте он делал лишь одну покупку.

Бомбу он сделал в кабинке общественного туалета. Корпусом послужила коробка из-под сигар, а основным компонентом — нитроглицерин, химическое вещество, которое взрывается при малейшем толчке. Хеттингер позаботился о том, чтобы взрыв обязательно произошел при снятии крышки. Коробка, конечно же, взорвалась бы и в том случае, если б ее не открыли, а уронили.

Готовую бомбу Майрон положил в бумажный пакет и отнес в камеру хранения станции «Таймс-сквер». Конверт с ключом для мистера Джордана оставил в отеле «Блэкмор». Вернулся в свой кабинет. На двадцать минут позже обычного.

Во второй половине дня с работой у него не заладилось. Он скрупулезно записал сегодняшние расходы на ту самую страницу, что отвел мистеру Джордану, улыбнулся при мысли, что утром сможет подвести черту и закрыть этот счет. Но потрудиться на благо клиентов ему не удалось. Он сидел и восторгался найденным решением.

Бомба не могла его подвести. Нитроглицерина Хеттингер не пожалел.

Его количества вполне хватало для того, чтобы разнести в клочья не только мистера Джордана, но и все, что находилось в радиусе двадцати ярдов от эпицентра взрыва. Конечно, могли погибнуть и другие люди.

Такая вероятность существовала. Если, к примеру, у шантажиста хватит ума вскрыть коробку из-под сигар в подземке. Или он ее выронит.

Однако Хеттингера особо и не волновало, сколько жизней унесет с собой в могилу мистер Джордан. Безвременная гибель этих мужчин, женщин, детей не имела к нему ни малейшего отношения. Он знал только одно: смерть мистера Джордана означала жизнь для Майрона Хеттингера. А все остальное — сущие пустяки.

В пять часов Хеттингер поднялся из-за стола. Вышел из кабинета, спустился вниз, постоял на тротуаре. Домой идти не хотелось. Все-таки он разрешил неразрешимую проблему. Такой успех следовало отпраздновать.

Вечер с Элеонор на праздник не тянул. Для этих целей куда больше подходила Шейла. Однако ему ужасно не хотелось нарушать заведенный порядок. В квартире Шейлы он бывал по понедельникам и пятницам. В остальные рабочие дни ехал домой.

Правда, в этот день заведенный порядок один раз он уже нарушил: вместо денег положил в пакет бомбу. Как говорится, лиха беда начало.

Жене он позвонил из телефона-автомата:

— Я задержусь в городе на несколько часов. Раньше позвонить не мог. Возникло неотложное дело.

Элеонор не поинтересовалась, какое именно. Как и положено идеальной жене. Сказала, что любит его, что, скорее всего, соответствовало действительности. Он ответил, что любит ее. Конечно же, солгал. Повесил трубку, поймал такси, попросил водителя отвезти его на Западную 73-ю улицу.

Шейла жила на третьем этаже четырехэтажного кирпичного дома. Лифта не было. Хеттингер преодолел два пролета не очень крутой лестницы, постучал в дверь. Никакой реакции не последовало. Тогда он позвонил, что делал крайне редко.

Если б такое случилось в понедельник или пятницу, Майрон Хеттингер наверняка бы обиделся. Но он пришел в четверг, без предупреждения, а потому отсутствие Шейлы не вызвало у него отрицательных эмоций.

Естественно, у него был ключ. Если мужчина оплачивает квартиру любовницы, у него всегда есть ключ. Хеттингер отпер дверь и вошел. Найдя бутылку шотландского, плеснул виски в стакан (по понедельникам и пятницам виски наливала ему Шейла). Сел в удобное кресло и потягивал виски, дожидаясь прихода Шейлы.

В кресло Хеттингер уселся без двадцати шесть. А в двадцать минут седьмого услышал шаги на лестнице, потом звук открываемой двери. Открыл было рот, чтобы крикнуть: «Привет», — но в последний момент передумал. Решил удивить ее.

И удивил.

Дверь открылась. Шейла Бикс, миниатюрная блондинка, впорхнула в комнату. Танцующей походкой, со сверкающими глазами. И разведенными в стороны руками. Для равновесия, потому что у нее на голове лежал небольшой бумажный пакет.

Хеттингеру потребовались доли секунды, чтобы узнать пакет. У Шейлы столько же времени ушло на то, чтобы заметить Майрона. Оба отреагировали мгновенно. Хеттингер, как и положено аудитору, сложил два и два. То же самое удалось и Шейле, только она получила неправильный ответ.

Хеттингер попытался сделать все и сразу. Выскочить из комнаты. Удержать пакет на том месте, где он и лежал, то есть на голове Шейлы. И, наконец, поймать пакет до того, как он упадет на пол. Ибо Шейла в ужасе отпрянула назад и пакет соскользнул с ее головы.

Рывок Хеттингеру удался. Он бросился вперед с невероятной быстротой. Вытянул руки, чтобы схватить падающую коробку из-под сигар.

Громыхнул взрыв, но Майрон Хеттингер услышал лишь его первый аккорд.

Источник: https://litlife.club/books/96166/read?page=2

«Мне написали, что выложат мои интимные фото на порносайт»: истории жертв сексуального шантажа

Как остановить шантажиста за несколько часов?

Люди знакомятся, между ними пробегает искра, они нравятся друг другу, а после – присылают откровенные фотографии, которые могут подогреть интерес и внести пикантность в отношения. Правда, иногда в эти отношения вмешивается третий лишний, в чьи руки попадает то, что предназначалось для одной пары глаз.

Корреспондент A42.RU Максим Полюдов собрал истории жертв сексуального шантажа, которых заставили платить за свои же интимные снимки. И пояснил, почему не стоит этого делать ни при каких обстоятельствах.

Иногда я люблю посидеть в анонимных чатах — так сказать, расслабиться и пообщаться обо всём на свете. Контингент такого места вполне понятен, вопросы: «Займёмся вирутальным сексом?» — не такие редкие, а я не то чтобы против. Не постоянно, но ради разнообразия — обмен пошлостями с незнакомой дамой с последующими откровенными фотографиями выглядит привлекательно в моих глазах.

Так и случилось однажды: познакомился с девушкой с другого конца страны, общались пару вечеров, обменивались фото.

В какой-то момент её перестала устраивать анонимность, попросила прислать фотографию с лицом, на которой отчётливо видно, как я держу в руке член. Не просто так, конечно, взамен она прислала мне фото, где видно её.

И такое случается, поэтому без задней мысли отправил то, что она просила. Через пару дней я благополучно об этом забыл.

Спустя неделю началалась классическая схема: «Привет, мы с тобой общались какое-то время назад, я тут подумала, если не пришлёшь мне 5 000 рублей, то это фото увидят все твои друзья».

Страница была фейковой, хоть и с моими фотографиями, в друзьях — только незнакомые люди, которых я добавил для правдоподобности, поэтому по большому счёту мне было всё равно.

За их эмоциональное состояние я как-то не беспокоился.

Прочитал — и даже отвечать не стал. На следующий день она написала опять, прислав скриншот переписки с одним из моих ненастоящих друзей. Видимо, меня это должно было устрашить. Вопреки логике и здравому смыслу, я выложил это фото к себе на стену и отправил репостом к ней в сообщения, спросив: «Это фото ты собираешься рассылать?». Она тут же кинула меня в блок-лист.

Пост с фотографией я удалил через десять минут. Не уверен, что его вообще кто-то видел — по крайней мере, никто не расфрендил меня и не написал по поводу того, какой же непотребщиной я занимаюсь. Сексуальный шантаж получился на «двоечку». Как, впрочем, и виртуальный секс.

Пару лет назад подруга прислала ссылку на конкурс с просьбой проать за неё. Я перешла по ссылке, а что было дальше, нетрудно догадаться: больше на свою страницу во «ВКонтакте» я зайти не могла.

Через какое-то время мне написали с незнакомого номера и потребовали деньги за то, что не выложат мои обнажённые фотографии в публичный доступ в социальных сетях и на порносайтах.

Снимки были достаточно откровенными, и я знала, где злоумышленник мог их найти – в переписке с парнем.

У меня случилась истерика. Я проклинала себя и представляла, что покроюсь позором на всю жизнь. Думала о том, как мои фотографии увидят родители, что они скажут, как их увидит мой начальник и уволит меня. Не потому, что я плохо работаю, а потому что подрываю имидж компании – ведь человек на руководящих должностях в крупной фирме не может себе позволить такого поведения в социальных сетях.

Я не стала никому рассказывать, поревела часик и отправила деньги. Сумма была не такая большая – 3 000 рублей. И мне тут же вернули страницу, моментально. Я принялась чистить все переписки, удалять диалоги, фотографии. Не спала всю ночь, а к утру вроде успокоилась.

Конечно, зря я тешила себя надеждами, что на этом всё кончится. Мне написали опять, но уже с другого номера. Прислали несколько моих обнажённых фото, снова попросили денег – 500 рублей за каждый снимок, – и тогда их удалят. В противном случае сделают рассылку друзьям.

Захлёбываясь слезами, я рассказала обо всём своему парню. Он отругал меня, сказал, что ни в коем случае нельзя было платить, надо было сразу сообщить всё ему.

Парень написал по этому номеру – угрожал, сказал, что у него есть связи в органах, что он найдёт его и оторвёт руки. На шантажиста это никак не подействовало.

Напротив, он написал, что и на моего молодого человека тоже имеется компромат – и потребовал денег.

Мы оказались в ловушке. Решили обратиться в полицию. У нас приняли заявление, ну потому что они просто не могут не принять. Но когда узнали, какую сумму у нас вымогают, сообщили чуть ли не прямым текстом, что найти злоумышленника вряд ли получится. Никто не хочет заморачивать из-за нескольких тысяч рублей.

В итоге мы оба, как дурачки, удалились из всех соцсетей, создали новые приватные страницы, а подобных переписок больше не ведём. И уж тем более не шлём друг другу откровенные фото.

Дело было давнее, мы работали вместе с одной девочкой, с которой у нас возникла, назовём это так, взаимная симпатия. Это так и не переросло в серьёзные отношения, а спустя какое-то время она уехала в Москву. Правда, наше общение на этом не прекратилось. Она продолжила по инерции бомбить меня видосиками и фотографиями понятного содержания. Я же джентльмен, поэтому отвечал ей взаимностью.

Как выяснилось, она ничего не слышала про двухфакторную аутентификацию, поэтому через какое-то время её аккаунт ломанули. В итоге неким ушлым злоумышленникам в руки попал коротенький видосик, где на мне преступно мало одежды. Да что уж – её там нет от слова «совсем». Да-да, седина в бороду, бес чуть пониже рёбер, вот это вот всё.

Меня начали шантажировать, сделав предложение, от которого, по их мнению, я не смог бы отказаться ни за какие коврижки в мире.

Ты нам, говорят, денежку, а мы, стало быть, никому не покажем, какой ты в свои неполные сорок ещё торт.

В противном случае угрожали разослать это видео всем моим друзьям во «ВКонтакте» и тематические паблики с подписью, что, мол, я такое присылаю малолетним девочкам.

Я решил, что вряд ли это всё закончится на одном платеже – как правило, после успешных переговоров шантажисты не останавливаются, а продолжают наглеть всё сильнее и сильнее. Поэтому вместо того, чтобы платить, я решил написать явку с повинной – накатал пост с социальной сети, где разложил ситуацию по полочкам.

Порицать меня никто не стал, большинство считало это вполне нормальным. Какое-то время раздумывал, стоит ли писать заявление в полицию. Но так как угрозы прекратились, а шантажисты поняли, что вряд ли из меня что-то выжмут, делать этого не стал. Пока что.

Нужно написать заявление в полицию или прокуратуру и ни в коем случае не платить. Чаще всего злоумышленник требует определённую денежную сумму, чтобы интимные фотографии или видео не оказались в сети.

Это попадает под статью 163 УК РФ «Вымогательство», которая ведёт к уголовной ответственности.

В соответствии с ней требования злоумышленника о передаче денег или другого имущества под угрозой распространения информации, позорящей потерпевшего или его близких, влечёт за собой наказание в виде:

  • ограничения свободы сроком до 4 лет;
  • принудительных работ сроком до 4 лет с ограничением свободы сроком до 2 лет или без такового;
  • лишения свободы на срок до 4 лет со штрафом в размере до 80 000 рублей.

Помимо этого, в соответствии со статьей 137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни» уголовная ответственность сроком до 2 лет ожидает шантажиста за угрозу опубликовать фото интимного характера.

Однако не забывайте, что о сохранении своей частной жизни в первую очередь должны думать вы. Поэтому не пренебрегайте мерами цифровой безопасности – меняйте пароли, используйте двухфакторную аутентификацию и не переходите по незнакомым ссылкам.

Источник: https://gazeta.a42.ru/lenta/articles/66883_mne-napisali-chto-vylozhat-moi-intimnye-foto-na-pornosait-is

«Вирус-шантажист»: начало коллапса мирового порядка?

Как остановить шантажиста за несколько часов?

15 мая «вирус-шантажист», о котором стало широко известно в мире лишь в минувшую пятницу, набрал новых оборотов. Его начали массово фиксировать в Китае, Японии и США.

Среди крупных организаций, чьи устройства были заблокированы – «Nissan Motor Manufacturing (UK)», «Renault», Массачусетский технологический институт и многие другие. Но еще 13 мая, за считанные часы вирус стал главной темой политиков и экспертов.

Достаточно вспомнить, что о новом витке киберугрозы говорил и президент Соединенных Штатов Дональд Трамп, и большой «друг» народа Украины Путин. Правда, последний высказывался в духе: это не мы! Так мы ему и поверили! Однако об этом дальше.

Масштабы охвата вируса катастрофические: по данным Европола, на понедельник жертвами стали более 100 тысяч организаций в 150 странах мира. Если верить этой информации, мы наблюдаем крупнейшую в мире по охвату кибератаку.

Чем уникальная атака компьютерного вируса-вимагателя?

Итак, кибератака с помощью вируса WannaCrypt – крупнейшая в истории.

На сегодняшний день эксперты Украинского киберальянса еще называют самым страшным по охвату его предшественника – вирус CryptoWall, который поразил сотни тысяч компьютеров, но в ближайшие несколько дней мы станем свидетелями рекорда.

Скорость распространения «вируса-шантажиста» можно назвать средней, быстрое распространение имел вирус Helkern, который был зафиксирован в 2003 году – за первые 10 минут был нанесен ущерб около 75 тысяч устройств.

Почему эту напасть назвали «вирусом-шантажистом»? Он проникает в компьютеры и шифрует всю имеющуюся информацию, делая невозможным ее использование.

Экран блокируется и появляется сообщение, в котором кибертеррористы требуют $300 за разблокировку. Пользователю предлагается оплатить сумму в трехдневный период.

Далее она возрастает вдвое, а через 7 дней файлы становятся непригодными для дальнейшего использования. Чистый шантаж, по-другому и не скажешь…

Какие есть шансы и методы защиты компьютеров от этого вируса?

«Вирус-шантажист» является опасным только для пользователей операционной системы Windows, так что пользователям Mac OS (продукта Apple) и других пока можно не волноваться.

Вирус проникает в компьютер различными путями, в которых нет ничего оригинального: за переход на подозрительный сайт, получение email-сообщения непонятного содержания, загрузку файлов pdf или doc, или обновление программного обеспечения.

Пренебрежение этими банальностями может стоить $300, или лишит возможности нормально работать, иногда, в ситуации, когда это является крайне нежелательным: каким бы вы не были опытным пользователем, но сейчас таки не стоит открывать подозрительные сайты, просматривать письма от неизвестных отправителей и спам, и устанавливать обновления программ, которые не являются лицензированными. Как показывает практика, для надежной защиты от «вируса-шантажиста» таки надо своевременно обновлять программное обеспечения, где разработчики постоянно обновляют антивирусные инструменты.

Вирусы наподобие WannaCrypt типа были известны достаточно давно, однако это первая серьезная кибератака, связанная с ними. Компания Microsoft еще в марте 2017 года выпустила обновление, которое должно было бы остановить распространение этой заразы.

И сейчас заболели как раз те устройства, где была отключена функция автоматического обновления программного обеспечения (это дало возможность вирусу проникнуть в компьютер и начать свое деструктивное действие).

По официальной информации компании Microsoft, она усилила защиту компьютеров своих клиентов: был разработан и внедрен плагин (дополнение) выявления и защиты от «вируса-шантажиста».

Каким образом преступники рассчитывают воспользоваться «выманенными» деньгами?

Давайте предположим, что кто-то поддался на шантаж. (Скажем, срочно надо завершать какую-то работу на компе – тут не до разборок с киберпреступниками). Но как последние получат выманенные таким образом деньги? Неужели их так трудно вычислить и поймать? Здесь все просто.

Авторы «вируса-шантажиста» WannaCrypt для получения $300 за разблокировку компьютера используют платежную систему Bitcoin. Ее основой является одноименная условная денежная единица, эквивалентная $1 815.

В отличие от интернет-банкингов (к примеру, как Приват24), такие платежные системы являются анонимными – номер твоего счета (кошелька) не связан с твоими настоящими данными.

Также существует возможность подделки данных, что способствует активному использованию этих систем для финансовых махинаций, нелегальной торговли. Также система Bitcoin позволяет перевести деньги на банковские счета, что значительно облегчает получение наличной выгоды.

Как бы там не было, по состоянию на 15 мая, по информации The Guardian, злоумышленники получили $42 тыс. То есть, около 140 пользователей согласились на требования хакеров.

Учитывая общее количество устройств (около 200 000), пораженных вирусом, можно определить, что на хакерскую провокацию повелся очень малый процент людей.

Но эта цифра вполне может вырасти по окончании трехдневного периода в несколько раз.

Откуда взялась эта кибератака, и кто в этом виноват?

«Вирус-шантажист» WannaCrypt разработало американское Агентство национальной безопасности (АНБ). Зачем? А хоть бы и ради поиска средств противодействия вирусам такого типа.

Но в условиях, когда в мире разворачивается реальная компьютерно-информационная война, не менее логичной причиной является разработка программного обеспечения для нападения на компьютеры других государств или учреждений. Говорят, что в результате хакерской атаки в апреле 2016 года проект было похищен.

Еще говорят, что за этим стоит хакерская организация  «Equation Group». У нее, в свою очередь, «шантажиста» похитила другая организация – «The Shadow Brokers», которая недавно выложила описание программы в свободный доступ.

То есть, заполучить заразную программу для киберпреступников – не проблема. А следовательно, в настоящее время информация относительно того, кто развернул атаку в ночь с 12-го на 13-е мая – неизвестна.

Ведутся дискуссии относительно политической составляющей кибератаки – основными виновниками называют либо Россию, либо США. Распространяется информация о связи группы хакеров «The Shadow Brokers» с российским правительством.

Британское агентство «The Telegraph», наоборот, подчеркивает о связи политики Дональда Трампа в отношении Сирии и масштабной кибератаки.

Между тем, скандально известный бывший сотрудник американских спецслужб Эдвард Сноуден заявляет об опосредованном участии в кибератаке самой АНБ.

Интерактивная карта распространения вируса WannaCrypt по миру // https://intel.malwaretech.com/botnet/wcrypt

Что будет дальше?

Сейчас распространение WannaCrypt удалось локализовать. Корпорация Microsoft разработала новые приложения для предотвращения заражения вирусом новых устройств, однако проблема значительно больше. По мнению Директора Европола Роба Уэйнрайта, эта угроза усиливается, а число зараженных компьютеров растет до сих пор.

По состоянию на понедельник, 15 мая, еще не был выработан четкий механизм защиты компьютеров от вирусов подобного типа, которые с большой скоростью модернизируются.

Кибератака «вируса-шантажиста» показала реальное положение вещей с антивирусными программами, системами защиты информации в частных предприятиях и государствах в целом.

Общая тенденция распространения вируса WannaCrypt позволяет осторожно предполагать, что злоумышленники ставили перед собой корыстные цели, или, скажем, сугубо хулиганские цели. То есть, военно-политической составляющей атака не несла.

Если в ближайшее время не будут выявлены политические корни того, что произошло, – можно будет вздохнуть с облегчением: могло быть и хуже.

А если это не так? Задачей «вируса-шантажиста» было выбивание денег, поэтому он и блокировал информацию на компьютерах.

А если целью злоумышленников было бы получение важной информации – вирус действовал бы иначе: с помощью сети можно было бы похитить секретные документы, разрушить банковскую систему, запустить ядерные ракеты…

Перспективы предотвращения кибератак пока что неутешительные. Глобальный подход к этой проблеме себя исчерпал, а другого не предложили. Давно известно, что активные игроки – организации наподобие «Лаборатории Касперского», которые осуждают и эту хакерскую атаку, разрабатывают не только антивирусный софт, но и сами вирусы.

Они так же могут сливать информацию и продуцировать кибератаки. И очень неспокойно чувствовать и понимать, что пока только от них зависит, что нас ждет завтра. Альтернативу может дать только согласованная антихакерская политика ведущих технологических стран мира.

Но какие для этого теперь есть шансы? К сожалению, это – риторический вопрос…

Николай Романюк, по материалам СМИ

Источник: https://www.ukrinform.ru/rubric-technology/2228426-virussantazist-nacalo-kollapsa-mirovogo-poradka.html

Эмоциональные шантажисты

Как остановить шантажиста за несколько часов?

Жить в условиях эмоционального шантажа крайне опасно. Что делать, если вам так «повезло» и в вашей семье есть такой шантажист? Давайте разберемся.

В последнее время живу как в аду, ощущение, что пожизненно перед всеми виноват. Живем вчетвером: я, жена, сын-школьник и моя пожилая мама. Полгода назад я изменил жене на корпоративе. Она об этом узнала и теперь постоянно давит на меня: «Тебе никогда не загладить свою вину!» Делает все только так, как нужно ей, не спрашивая моего мнения.

Мама в последнее время много болеет, и если ей кажется, что я не так себя повел или недостаточно уделил ей внимания, тут же хватается за сердце: «Сделай так, иначе все закончится инфарктом!» Сын давит на мое чувство долга, чтобы выпросить дорогой планшет или телефон: «У всех ребят есть, а я как нищий!» Как жить в такой атмосфере? У меня чувство, что я потерял самого себя.

Павел, 41 год, Тула.

П авлу не позавидуешь, он столкнулся с тремя эмоциональными шантажистами сразу: жена играет на чувстве вины, сын – на ответственности, мать – на сыновней любви. Эмоциональный шантаж – это самый примитивный и болезненный вид манипуляции.

Мы нередко слышим от своих любимых, друзей, детей или коллег: «Раз ты так, то я этак. И пеняй на себя!», «Докажи мне свою любовь – сделай, как я прошу» и т. п.

Конфликты в результате подобных ультиматумов возникают даже в самых крепких отношениях. 

Не стоит считать всех чудовищами, чаще всего люди прибегают к грубой эмоциональной силе неосознанно.

Родители часто пытаются воздействовать на детей именно манипулированием: «Будешь плохо себя вести, не буду тебя любить!» Повзрослев, мальчики и девочки уже и сами учатся шантажировать: «Если ты не сделаешь то-то, значит ты меня не любишь!» Есть люди, которые предпочитают открыто и честно обсуждать все конфликтные ситуации, учитывая интересы двух сторон, а есть те, которым все равно, какими методами, лишь бы «победить». Как ни странно, но часто шантажиста «создает» жертва, уступая ему. И такой метод получения своего закрепляется.

Как распознать эмоционального манипулятора?

Поддаваться шантажу, как бы сильно вы ни дорожили отношениями, будет вам дороже. Шантажист почувствует свою силу и будет вами манипулировать ежедневно.  Если вас шантажируют, вам надо научиться противостоять этому. Сначала научитесь четко распознавать в поведении близких «эмоциональный прессинг». Ответьте на вопросы, делают ли близкие люди следующее:

  • Обещают усложнить вашу жизнь, если вы не будете выполнять их требования?
  • Угрожают порвать отношения, если вы не уступите им?
  • Говорят, что будут безразлично относиться к своему здоровью или наложат на себя руки?
  • Выглядят подавленными, когда вы не делаете то, чего от вас хотят?
  • Постоянно игнорируют/не учитывают ваши нужды и желания?
  • Раздают щедрые обещания, связывая их выполнение с вашим «правильным» поведением, но редко их выполняют?
  • Обвиняют вас в эгоизме, невнимании, жадности, бесчувственности, отсутствии заботы, если вы не делаете того, что им нужно?
  • Осыпают вас похвалами, когда вы уступаете, и обижаются, когда вы делаете по-своему?
  • Взывают к чувству гордости, самоуважения, профессиональной компетенции? 

Если вы ответили «да» хотя бы на один вопрос, вас шантажируют!

Типы шантажистов

«Каратель». Его девиз: «Если ты не сделаешь этого – пожалеешь!»

Может кричать, может молчать, но в любом случае его гнев выплескивается на того, кто не сделал требуемого. 

«Самопожертвователь». Поворачивает угрозы на себя, говоря о том, что сделает с собой, если мы не уступим.

«Мученик». Искусно перекладывает вину за свое состояние на вас. Прямо не угрожает, но всем видом дает понять, что в его беде виноваты вы и только от вас зависит, как он будет жить.

«Искуситель». Сулит много всяких радостей, если вы будете делать все, как он хочет, но редко исполняет обещанное. 

Шантаж или нет? 

Если люди искренне хотят решить конфликт с выгодой для обеих сторон, они: откровенно разговаривают о конфликте; интересуются вашим настроением и заботами; интересуются, почему вы отказываетесь дать им то, что им нужно; принимают ответственность за свою часть конфликта.

Если же первоочередная цель человека – победа над вами, он: пытается вас во всем контролировать; игнорирует ваши протесты; настаивает, что его мотивы и поведение важнее ваших; избегает разговоров о собственной ответственности в решении проблемы.

Как могла бы повести себя жена автора письма, узнав об измене, чтобы это не было эмоциональным шантажом даже спустя некоторое время? Сказать: «Я очень зла на тебя, но готова один раз простить и не напоминать тебе об этом. Но предупреждаю: для меня жить с неверным мужчиной неприемлемо, я перестану уважать себя, поэтому, если это повторится еще раз, я с тобой разведусь. Ты согласен?» 

Здесь жена правильно расставила свои границы, дав мужу понять, где именно они пролегают. Она: определила свое положение; заявила, чего она хочет; сказала, что она принимает, а что – нет; дала мужу возможность сделать выбор: согласиться на ее условия или нет.

Данная установка границ не имеет ничего общего с принуждением, психологическим давлением или постоянными обвинениями человека в неполноценности.

Как вести себя с шантажистом?

  • Никогда не торопитесь с ответом. Избегайте категоричных «да» и «нет». Слабость шантажиста в том, что он выкладывает все козыри сразу. Пригрозил: «Не сделаешь это, нашим отношениям конец!» – и все, больше ему вас напугать нечем. Парируйте неопределенностью и рассудительностью: «Я тебя услышал(а), но мне требуется время все обдумать». 
  • Держите себя в руках. Дайте понять, что вам не безразличен исход конфликта и дороги ваши отношения, но вместе с тем демонстрируйте спокойствие и рассудительность. Только тогда ваши аргументы охладят накал ситуации. 
  • Эмоциональный бунтарь, действуя неосознанно, либо вовсе не понимает, что причиняет вам боль, либо не верит в это. Спокойно, без нервов расскажите вымогателю, как выглядит его поведение со стороны и сколько страданий вам это доставляет. Ни один человек не готов открыто признать, что он сознательно причиняет боль своим близким. Если ваши доводы будут убедительны, вымогатель сам откажется от угроз, согласится на переговоры и партнерский выход из конфликта.
  • И главное, никогда не уподобляйтесь шантажисту, не отвечайте угрозой на угрозу. Приумножая ультиматумы: «Тогда я тоже впаду в депрессию, и мы еще поглядим, кому будет хуже!», вы только усугубите конфликт, доведя его до абсурда. Борьба двух шантажистов априори проиграна обоими – помните об этом.

Добавьте Myslo.

ru в список ваших источников Google.news

Источник: https://myslo.ru/club/blog/analiziruy-to-i-eto/6GRs7pIN2ESJHiz5z9b02w

Эмоциональный шантаж

Как остановить шантажиста за несколько часов?

Татьяна Ткачук: Понятие «шантаж» обычно применяется в его прямом значении – «это преступный способ использования сведений, позорящих потерпевшего или его близких», за это деяние УК РФ предусматривает наказание. Мы не часто задумываемся над тем, что почти ежедневно сталкиваемся с другим видом шантажа – эмоциональным, за который ни уголовной, ни другой ответственности никто не предусмотрел. Хотя жертвами его бывал любой из нас.

Об эмоциональном шантаже, как способе манипулирования близкими, сегодня будут говорить мои гости – гештальт-терапевты Нина Рубштейн и Борис Новодержкин.

Давайте вначале послушаем опрос, который для нас подготовил Юрий Багров. Он спрашивал москвичей на улицах столицы: «Случалось ли вам когда-либо прибегать к шантажу, пусть даже самому безобидному, чтобы достичь своей цели?»

– Само собой. Дома. В личных отношениях.

– Нет, никогда. Я прост, как грабли.

– Нет, конечно.

– Я не пойму и не могу даже сконцентрироваться – какому шантажу? Ну, хорошо, да, дома с детьми.

– Надо подумать. Наверное, если хочется что-то получить очень сильно, то можно сказать: «Ну, если ты это не сделаешь, то тогда… я сделаю то-то». Что-нибудь в таком духе.

– Не знаю, может быть, на каком-то эмоциональном уровне, на работе где-нибудь или в быту. Но я уже не помню, честно говоря.

– Я нет. Меня шантажировали, но я – нет.

– Конечно. Обычно, да: «Сделай мне это, а то я тебе сделаю так, не сделаю это» – то есть это стандартный вариант, все это используют в жизни.

– В принципе, да, когда ребенок был маленький. Почему бы и нет? По-другому не понимают же. В принципе, я считаю, что здесь ничего такого нет, поскольку это необходимость. С взрослыми, я считаю, это некрасиво.

– Вообще, нет, я не склонен к этому.

– Нет, никогда не приходилось. Никто меня не шантажировал никогда. Я – тем более, что вы, спаси меня бог.

– Вообще, как понимать. В отношении ребенка – да. А так, вообще-то, я не припоминаю. В каких-то ситуациях иногда, если не называть это шантажом, то можно. Потому что предупреждение – это же тоже можно квалифицировать как шантаж. Я считаю, что так можно.

– В школе было дело, да.

– В отношении ребенка – постоянно. А как же без этого их вырастишь? Начиная от малого: «Будешь плохо себя вести – не куплю мороженого». А сейчас все то же самое, только уже на другой основе.

– Наверное, да. Даже, наверное, на 100 процентов точно кого-нибудь шантажировала, чтобы добиться своих корыстных целей.

– Да, конечно. Это было с братом, приходилось его шантажировать, чтобы посылать в магазин, совершать какие-то другие поступки.

– Нет, никогда. Я вообще честный человек.

– Конечно, приходилось. Мне однажды пришлось шантажировать, чтобы выжить.

– Да, конечно. Я периодически мужа шантажирую.

Татьяна Ткачук: И мой первый вопрос – Борису.

Суть любого вида шантажа сводится к следующему: если ты не будешь себя вести так, как я хочу, ты об этом пожалеешь! Для того чтобы человек на шантаж поддался, он должен, во-первых, как-то зависеть от эмоционального шантажиста, во-вторых, дорожить отношениями с ним и, в-третьих, иметь слабые стороны, на которые шантажист и будет «бить». С вашей точки зрения, Борис, объектом шантажа в принципе может быть любой из нас?

Борис Новодержкин

Борис Новодержкин: Ну, не только может быть любой, но понятно, что в течение жизни каждый многократно является объектом этого самого шантажа.

По тем пунктам, которые вы, Татьяна, перечислили, – ведь мы же все от кого-то эмоционально зависим, у каждого из нас есть люди, которые нам дороги тем или иным образом, и у всех нас есть какие-то слабые стороны.

Другой вопрос, что не всегда мы то, что реально является шантажом и в отношении нас, и когда мы являемся шантажистами, – оцениваем как шантаж. Во время опроса мне понравилось, когда один мужчина сказал: «Я прост, как грабли» – и в этом смысле вроде как «ни я не шантажирую, ни меня нельзя».

Но я думаю, что и в подобного рода случаях все-таки и для людей, которые называют себя простыми, как грабли, тоже такие вещи присутствуют. И я думаю, что, наверное, сегодня во время передачи мы на каких-то конкретных примерах это сможем рассмотреть, как это происходит.

Татьяна Ткачук: Да, и я еще обратила внимание, что в опросе одна женщина сказала: «Если это не называть шантажом, то, конечно, я к этому прибегаю». То есть слово такое неприятное и страшное, а суть готовы признать люди, что да.

Борис Новодержкин: Тут уже возникает на самом деле некоторая путаница. Многие говорили, что «мы шантажируем детей». Но я думаю, что все-таки есть разница между некоторой такой осознанной, целенаправленной манипуляцией, которая рациональна и должна быть, и шантажом.

Я, может быть, немножко забегая вперед, сказал бы, что если действительно мы ребенку показываем, что в результате этих действий с ним произойдет то-то и то-то, – например, если ты пойдешь на красный свет светофора, то тебя может сбить машина, – мы его об этом предупреждаем, но поскольку он сам еще в такие ситуации не попадал, мы как бы моделируем ситуации этой самой ответственности и ситуации того, что за определенным поведением следует определенное возмездие, что ли, в каких-то определенных случаях.

Татьяна Ткачук: А если мы ему говорим, например: «Если ты будешь переходить дорогу только на зеленый свет, ты будешь получать по 10 рублей с каждого такого грамотного перехода» – это уже шантаж?

Борис Новодержкин: Еще раз, смотрите: есть кнут и пряник, если говорить уж совсем по-простому. И понятно, что это один из способов, которыми люди друг с другом взаимодействуют, и так мы воспитываем детей.

Но все-таки зеленый свет и мороженое, и красный свет и отсутствие этого мороженого – это вещи, не совсем логично связанные.

Здесь, конечно, больше присутствуют эмоциональные аспекты, и ребенок в данном случае ориентируются как раз на того самого человека, о котором вы сказали, от которого он зависит, от родителя, он ориентируется не на машину. И в этом смысле мы как раз можем говорить, что здесь вот эти элементы шантажа присутствуют.

Но не совсем понятно, как иначе с ребенком себя вести? Не давать же ему возможность, действительно, выпрыгивать из окна с пятого этажа, чтобы посмотреть, какие будут последствия. Мы, естественно, если он лезет к окну, какие-то вещи вводим, непосредственно не связанные с той угрозой, которая реальна.

Татьяна Ткачук: Спасибо, Борис. О детях мы поговорим еще чуть позже, отдельно, потому что это интересный фрагмент нашего разговора. А пока мой вопрос Нине.

Каковы обычные приемы бытового шантажиста? Он (или она) обещают усложнить нашу жизнь, если мы не будете выполнять их требования; угрожают порвать отношения, если мы не уступите им; говорят или намекают, что будут безразлично относиться к своему здоровью или наложат на себя руки и так далее.

Получается, что апеллируют они к нашим же переживаниям, используют наши же субъективные ощущения. Так ли это, Нина?

Нина Рубштейн

Нина Рубштейн: Да, действительно, я согласна, что это именно так. Но я также согласна с Борисом, что здесь могут быть разные вещи, это может быть действительно шантаж, и могут быть какие-то рациональные вещи, обусловленные причинно-следственной связью, действительно реальной.

И я могу сказать, что шантажу нас учат родители с детства. Начинается это с «ложечки за папу, ложечку за маму» – такие, казалось бы, безобидные вещи. А потом начинаются менее безобидные: «Если не будешь меня слушаться, я рожу другого, я отдам тебя чужой тете, я заболею, брошу тебя» и так далее.

И ребенок с детства начинает нести на себе ответственность за счастье и здоровье родителей, а потом и за весь мир (несчастные голодающие в Египте – это как раз страдания таких людей).

Иногда это доходит и до серьезных каких-то психологических проблем, и в этом смысле, да, родители – наши лучшие учителя в том, чтобы научить нас этому, и как задеть самые тонкие струны души. И потом дети отвечают родителям тем же, своим партнерам отвечают тем же.

И потом – легко манипулировать теми качествами, которые люди в себе воспитывают. То есть, если я очень хочу быть добрым человеком, то это место, на которое будет давить шантажист.

Если я хочу быть умным человеком, это будет место, на которое будет давить шантажист, он будет говорить: «Ты дурак» или «Я выставлю тебя дураком» и так далее.

То есть те вещи, которые мы воспринимаем как преимущества, они как раз и являются нашими слабыми местами.

Татьяна Ткачук: И об этих слабых местах, конечно, знают самые близкие члены семьи, которые имеют возможность тебя наблюдать и уж точно понимать, чего ты опасаешься. Спасибо, Нина.

Если не происходит ничего катастрофического (то есть, скажем, не звучат угрозы суицида в случае, если ты чего-то не сделаешь или, наоборот, что-то сделаешь), а всего лишь человек выглядит подавленными, если ты не делаешь то, чего он от тебя ждет; если создается ощущение, что сколько для этого человека ни сделай, все равно мало – помощи, участия, внимания; если тебя обвиняют в эгоизме, черствости, непонимании в силу того, что ты не реализуешь каких-то ожиданий своих близких, – в этих случаях речь тоже идет о шантаже, Борис, или это какие-то другие явления?

Борис Новодержкин: Естественно, это тоже можно отнести к разряду шантажа, причем шантажа хронического, может быть, не очень острого, но того самого шантажа, который очень часто цементирует такие патологические, прямо скажем, отношения. Вот эта патологичность обычно присутствует в той или иной мере, я бы сказал, наверное, в большинстве отношений, особенно в семье.

И о чем здесь идет речь? Фактически о том, что человек воздействует на самое цементирующее семейные отношения чувство – это чувство вины. Причем интересно, что в большинстве случаев происходят такие ситуации, что шантажист в вялом таком шантаже, который вы сейчас описали, он не говорит прямо о каких-то своих условиях. Она, например, говорит: «Ты ко мне невнимателен, дорогой».

А стать внимательным практически невозможно, потому что если сказать: «Что, тебе надо кофе в постель?» – «Ты что, надо мной издеваешься? Если бы ты был ко мне внимателен, ты бы понимал, чего я на самом деле хочу». И вот эта такая изматывающая хроника из серии выражения: самый прочный брак – это брак на грани развода.

Вот это самые такие вроде бы мягкие, незаметные, но самые изматывающие отношения.

Татьяна Ткачук: Борис, скажите, с вашей точки зрения, удается ли когда бы то ни было бытовому шантажисту добиваться своих целей вот таким вот мягким изматывающим способом, о котором мы сейчас говорим?

Борис Новодержкин: В большинстве случаев у этого бытового шантажиста нет какой-то осознанной цели. Фактически речь идет о том, что это способ удержания другого рядом с собой, удержания, опять-таки, основанное на этом чувстве вины.

То есть если ты ко мне невнимателен, мне плохо, если ты меня бросишь, то мне будет еще хуже. И понятно, что в тот момент, когда шантажируемого потихонечку это все начинает доставать, в этот момент происходят те самые обострения, и, возвращаясь к тому, о чем мы говорили раньше, всякие суицидальные вещи и так далее.

То есть если ты не реагируешь на такие простенькие вещи, тогда можно ударить и посильнее.

Татьяна Ткачук: Спасибо, Борис. И теперь мы примем звонок. Андрей из Подмосковья, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте, уважаемые гости и ведущая. Я считаю, что шантаж, бытовой или какой-то еще, является уголовным преступлением. Ну, смотря какой шантаж. Бытовой – это так, а если шантаж с угрозами завладением деньгами, имущества и так далее – это уже считается уголовным преступлением.

Татьяна Ткачук: Поэтому мы в начале программы и разделили, что есть шантаж, трактуемый Уголовным кодексом…

Слушатель: Молодежь шантажирует родителей, или, наоборот, родители шантажируют детей, разные случаи бывают.

Татьяна Ткачук: Пример какой-нибудь приведите.

Слушатель: Вот киднеппинг, например.

Татьяна Ткачук: Ну, это, конечно, чисто уголовное преступление…

Слушатель: Или, наоборот, с родителей требуют денег. Сами же себя похищают, есть такие случаи, с помощью друзей или кого-то еще и требуют у родителей выкуп.

Татьяна Ткачук:

Источник: https://www.svoboda.org/a/157093.html

Ветка права
Добавить комментарий