Стоит ли выходить замуж за осужденного и какие могут быть последствия?

Любовь через колючую проволоку. Что заставляет женщин выходить замуж за заключенных?

Стоит ли выходить замуж за осужденного и какие могут быть последствия?

Портрет женщины, написанный заключенным

Тимофей Калмаков

Обменяться кольцами под конвоем, а медовый месяц провести в комнате для свиданий, сократив его до трёх дней. Свадьбой мечты такое не назовешь, однако желающих — хоть отбавляй. На прошлой неделе в новостную повестку федеральных и местных СМИ ворвалась история про то, как пермячка вышла замуж за заключенного пожизненно.

Он убил 9 человек и уже 10 лет отбывает наказание в колонии, расположенной на острове Огненном в Белозерском районе. Женщина утверждает, что она счастлива. Потому что нашла близкого по духу человека. Но как долго продлится семейное счастье? Летом, когда мы ездили в колонию для пожизненно осуждённых «Белый лебедь», сотрудники тоже рассказывали о популярности таких браков.

Там заключенных с их невестами не только регистрируют, но и венчают.

Мы собрали истории, закончившиеся по-разному. Их нам рассказали люди, которые сами долгое время, и не один раз, отбывали наказание в заключении. Эти же ситуации мы обсудили с психологом — руководителем центра социально-психологической адаптации и терапии Людмилой Кочкаевой.

История первая. «Добрая»

Когда мы просили Евгения — бывшего заключенного — рассказать нам какую-нибудь «добрую» историю такого брака, он смог вспомнить только одну.

Евгений — бывший заключенный — повидал много подобных историй: романтических и не очень

Евгений Клыков

— Началась эта история 10 лет назад. В колониях выходила газета «За решеткой». В ней, как и в любой обычной газете, был большой раздел знакомств. Девочки, желающие общаться, оставляли там свои почтовые адреса.

И те, кто так же отбывал наказание, и те, кто на свободе. Через эту газету познакомилась одна пара. Они переписывались так, может, месяца три.

И вот она уже едет к нему на длительное свидание, на котором они знакомятся лично.

На второе свидание спустя еще месяца два она едет уже на роспись, брак заключать. В колонии ему оставалось сидеть еще около пяти лет, она к нему ездила постоянно после регистрации. Он на хорошем счету был, ему разрешали каждые два месяца «свиданки» так называемые организовывать. Он ей дорогу оплачивал, туда и обратно. Она забеременела, а потом родила.

Итог: он сейчас вот уже лет пять как освободился, и нормально! Занимаются лесозаготовкой, бизнес у него свой лесной. Живут, ребенок растет. У них, слава богу, всё срослось. Но это единственный случай на моей памяти, который закончился вот так хорошо.

История вторая. «Утраченные иллюзии»

Мужчина сидел в «одиночке» больше 10 лет. Чтобы не сойти с ума — читал и учил стихи. С женщиной их познакомила ее дочь. Тогда на музыкальных ТВ-каналах была такая бегущая строка, где люди изъявляли желание познакомиться, оставляли свои номера телефонов.

Дочь от имени матери стала переписываться с этим мужчиной, хотела устроить маме личное счастье, позже ей всё рассказала, так те и начали общаться. Мужчина на тот момент сидел, но при этом присылал подарки. Например, женщине сюда, в Пермь, пригнали из Москвы иномарку, которую тот якобы выиграл на зоне в карты. Обещал золотые горы.

Потом он вышел на свободу и почти сразу снова сел. Женщина надеялась на лучшее и ждала его.

Тимофей Калмаков

Итог: вышел он уже давно, нигде не работает, сидит дома и активно злоупотребляет спиртным. Она работает и обеспечивает не только их двоих, но и маленького ребенка, которого им подбросила невестка освободившегося мужчины — у него есть взрослый сын от первого брака. Женщина объясняет, что терпит всё ради хорошего секса.

История третья. «Насилие»

А эту историю нам рассказала Оксана — тоже бывшая заключенная.

Оксана — бывшая заключенная — говорит, что не припомнит историй, когда отношения с заключенным закончились бы счастливым браком

Оксана Огородова

— Была у нас знакомая одна, зарабатывала проституцией на свободе. Знаете, мне кажется, вот ей и всем, кто продает свое тело, не хватает простой человеческой любви, теплоты.

Она повелась на одного мужчину, в переписках и на свиданиях он был ласков. Ей говорили: «Не верь, он просто тобой пользуется», а она отвечала, что всё будет хорошо. На деньги, которые зарабатывала, кормила свою дочь.

На то, что оставалось, — собирала пакеты продуктовые и возила туда к нему.

Итог: он освободился, начали вместе жить, и она почти сразу забеременела от него. Но счастье не сложилось — когда она была беременна, он не раз поднимал на нее руку. Ребенок в итоге родился с отклонениями. Мужчину после вновь посадили.

Тимофей Калмаков

Бывает и так

В основном, по словам Евгения и Оксаны, так и заканчиваются все подобные истории. Есть, конечно, исключения, но очень редко. Даже случаи, которые сами по себе уникальны и имеют претензию на необычное развитие, заканчиваются, как все.

Например, Анна Каргапольцева — член общественной наблюдательной комиссии при ГУФСИН Пермского края и руководитель пермской региональной общественной организации «Выбор» рассказала нам про глубоко верующую женщину, которая переехала с другого конца страны в Соликамск, чтобы выйти замуж за осужденного пожизненно. 

Она осознавала и отдавала себе отчет в том, что по религиозным канонам заключит брак один раз в жизни. И она выбрала его. В Соликамске она прожила три года, видясь с мужем один раз в год. Правда, в итоге они все же развелись.

Почему заключенные начинают общаться с женщинами «с воли»?

Евгений:

— Знаете, я пока наказание отбывал, много повидал «семей» таких. Зачем это самим сидельцам? Они девушек называют «заочницы». Ну, производное от «заочно познакомиться». Сейчас — интернет везде, гораздо проще это всё, чем с газетой. В интернете сайты знакомств — пожалуйста.

Они ж долго там сидят, хочется общения, ласки женской, ну и девочки приедут — передачки с продуктами привезут. А девушкам какие сказки пишут, лапшу на уши вешают, вы бы слышали! Помню, парень сидел в колонии и общался в интернете с девушкой. Рассказывал историю ей про такого, знаете, Робин Гуда.

Будто бы он девочку от бандитов защищал, и осудили-то его незаконно, и скоро уже освободят. Конечно, это всё было не так. Вырезал, значит, из журнала какого-то фотографии, высылал ей и писал, мол, «вот моя машина» и т. д. Она всему верила и приехала однажды на свидание к нему.

Зашла, увидела наколки все его, пообщалась полчаса и пулей вылетела оттуда, поняв, что он вовсе не тот, за кого себя выдает.

Заключенные ждут от невест не только ласки и тепла, но и вполне материальные вещи: продукты, одежду

Тимофей Калмаков

Есть и совсем нехорошие истории. Допустим, заключенный просит девушку или уже даже вот такую жену что-то ему передать «с воли» от друзей. Вещи какие-нибудь. Она передает, там начинают на КПП досматривать и находят наркотики. Заканчивается всё полицией и расследованием.

А если всё же доходит это общение до момента, когда зэк освобождается — буквально в первые же недели совместная жизнь у них не получается. Какой он там и какой на свободе — это два разных человека.

В колонии-то они все спокойные, мирные. Две камеры за ними наблюдают, а охраняют лучше, чем президента. А потом они показывают своё истинное лицо.

Понятно, что далеко не все — агрессивные, но у многих доходит до домашнего насилия.

Оксана:

— Мужчины, конечно же, пользуются! Вот Евгений рассказал про один счастливый брак на его памяти, да? А у меня таких случаев нет. Делают они это для того, чтобы улучшить свою жизнь в колонии.

То привезут что-нибудь вкусное, то на свидания сходят — какое-никакое разнообразие.

А если даже кто-то действительно что-то чувствует, греет его что-то в душе, то тоже, по сути, удобно ему: быта у них совместного нет, дел общих тоже, это просто зона и просто выход из ситуации.

Книги, телевизор — вот практически и все тюремные развлечения. Жизнь у заключенных скучна. Отношения вносят в быт хоть какое-то разнообразие

Тимофей Калмаков

Между прочим, девушки, которые сидят, поступают точно так же. Помню, женщина сидела 15 лет, уже не первый раз, убила кого-то. Рассказывала, что все родственники от нее отвернулись, стала никому не нужна.

И вот в колонии её кормят, одевают, работа у них там есть, а вот мужчин — нет. И они их разводят свободных. Физиология требует же своего. Хочется ей чувствовать себя полноценной женщиной. А когда она освободилась — не стала с ним жить.

Говорила: «Пьет он много, боюсь, совершу с ним снова какое-нибудь преступление».

Почему женщины влюбляются и выходят замуж за заключенных?

Этот вопрос мы задали психологу, руководителю регионального центра социально-психологической адаптации и терапии «Доверие» Людмиле Кочкаевой.

Людмила Кочкаева уверена: ищут любовь среди зэков те женщины, которые в реальной жизни не могут построить отношения

Полина Анкушина

— Практически все женщины, которые в моей практике встречались по данной теме, являются жертвами. В психологии есть такой закон: подобное притягивает подобное. Девушки, которые на свободе в реальной жизни не могут построить естественные, нормальные отношения, ищут их там. Как правило — это ощущение собственной неполноценности, ощущение несамодостаточности в этом вопросе.

Что их там привлекает? Ну, во-первых, зона — это единственное место, откуда люди вдруг посылают в мир определенный сигнал SOS: «мне так одиноко», «я несчастный».

Чаще всего они пишут девушкам о том, что они там оказались случайно, совершенно не виноваты. И таким образом они говорят, что ищут любовь, поддержку, что они такие добрые, мужественные, настоящие мужчины.

Что в них так много нерастраченной ласки, так много того, что они хотели бы дать женщине.

А по эту сторону забора, на свободе, идут на сближение женщины, которые уже из детства вышли «ранеными». Где не было надлежащего отца, где не было его авторитета, а если отец и был — он наверняка не пользовался уважением.

А еще это девушки со сниженным интеллектом. Что такое интеллект? Это умение критично относиться к вещам. Это умение использовать знания, овладевать новым, анализировать. Так вот они верят, «клюют» на обещания сделать их жизнь сказкой, любить всегда.

Очень часто в основе их поведения лежит сексуальная девиация. У них большее развитие получает сексуальная тема, телесная. Секс — это инстинкт, это либидо впереди планеты всей. Поэтому девушки туда и рвутся.

За той лаской, телесной, за тем изголодавшимся мужчиной, который обещает рай в шалаше.

Тимофей Калмаков

На самом деле все эти письма чаще всего сочиняются всей камерой или отрядом, в котором находится выдвинутый, так сказать, очередной жених. Там есть такие талантливые в этом отношении люди.

«Я ищу ту единственную», «мне самое важное — сердце, чтобы душа была», «я ради этой женщины дом построю, дерево посажу, и детей у нас будет много», «я сделаю, чтобы ни одна слезинка не упала из ее глаз», «я буду служить и прислуживать, потому что я понял, как важна для меня свобода и тепло женской руки» и т. д.

Ни одной счастливой семьи такой я не обнаружила. Да, у нас в российской истории были жены декабристов, которые ехали вместе и отбывали наказание. Но ведь они уже были за ними замужем. До заключения. А здесь этого нет.

Скороспелые эти сексуальные отношения — они ведут только к одному. К физическому процессу, от которого рано или поздно все устанут. Чего-то хочется другого. Тонкого, интеллектуального, человеческого.

Начинаются разлады, недовольства друг другом.

Психолог советует женщинам задуматься, а почему этих людей так тщательно охраняют? А вдруг он не тот, за кого себя выдает?

Тимофей Калмаков

Я не в осуждение говорю, но что-то в нас, девушках, женщинах, не поставлено мамой, которая должна прежде всего научить свою дочку быть невестой. Чтобы у неё был жених, а не сексуальный партнер.

Чтобы там была тема ухаживания, чтобы за время отношений можно было бы четко понять, кто рядом с тобой пройдет оставшийся большой жизненный путь. А вдруг он «серый волк»? А вдруг он бандит? Что вероятнее всего, ведь он осужден.

А вдруг он просто трус? Ты его не узнала, легла с ним в постель. Вот таким образом создаются такие браки.

И что, нельзя выходить замуж за заключенных?

— Кто вышел на свободу? Давайте анализировать, посмотрим на этого человека. Нищий, голый, чаще всего без кола и без двора. Он подготавливает соломку, куда упасть. Сейчас ему нужна женщина с жилплощадью. Неважно где, на короткое время. Выходит, как правило, больной.

То с зубами проблемы, то лёгкие не в порядке, потому что они все там курят, а кто не курит — тот этим дышит. Его надо лечить, надо адаптировать. Там должна быть реабилитация. Чтобы он постепенно вошёл в ритм той жизни, из которой он был исключен много лет назад.

Плюс ко всему он должен осознавать ответственность теперь не только за свою жизнь, но и за появившуюся девушку. Он должен сделать всё то, что он писал и обещал в своих письмах. Такое, конечно, редко бывает.

Источник: https://59.ru/text/relations/65451051/

тюрьма, свадьба, девушка, жена, заключенные, браки

Стоит ли выходить замуж за осужденного и какие могут быть последствия?

Что толкает девушек в объятья заключенных?Среди брачных объявлений часто встречаются предложения руки и сердца от граждан, находящихся в местах лишения свободы. Именно такие объявления, как правило, самые трогательные и откровенные – если, мол, вы не очерствели сердцем и готовы протянуть руку помощи человеку, который случайно и совершенно ни за что был осужден…  

Да-да, не удивляйтесь, три четверти зеков твердо уверены, что сидят «ни за что» и «случайно».

Ну, как тут не растрогаться потенциальной невесте, которая частенько пребывает в этом статусе не один десяток лет в силу разных обстоятельств, основное из которых – никто замуж не берет.

 Жена для «подогрева»
А вот зеки замуж берут железно. И желание жениться у них прямо пропорционально количеству лет, оставшихся до выхода на свободу. Причины, по которым сидельцы желают связать свою потрепанную судьбу с дамской, просты и очевидны, и чаще всего к любви «с первого взгляда» не имеют никакого отношения.

Во-первых, зекам реально скучно, и активная и откровенная переписка с девицей является развлечением для всего барака. Во-вторых, жены имеют право на длительные свидания со своей второй половиной, а значит, хоть изредка, но сиделец сможет получить свою порцию нормального секса. 
В-третьих, и это основная причина, зеку нужен «грев».

Как правило, у большинства осужденных браки распадаются с момента попадания на нары, а если и родителей нет, сидеть зеку придется впроголодь. Вот тут-то на помощь и приходят «заочницы», готовые каждые три месяца волочь сумки с провизией, теплыми вещами и сигаретами чуть ли не на другой конец страны, лишь бы любимому было хорошо.

Причем начинают они такие поездки еще до того, как связались с «любимым» крепкими брачными узами – только бы не передумал и замуж взял. 
А вот в суровой тюремной реальности значение имеют только скорейшее освобождение и улучшение условий отсидки. Именно в этом ключе зеки рассматривают все новые знакомства, тем более с дамами, готовыми ради любви на все.

А вот говорить о какой-либо «любви» арестанта, да ещё и вспыхнувшей по переписке или Интернету, как минимум глупо. Причем свои намерения сидельцы не слишком и скрывают: в своих брачных анкетах большинство из них прямо указывают, что ищут «финансово независимых» женщин. Потому что одними романтическими письмами на зоне сыт не будешь.

 
К примеру, несколько лет назад в одной из крымских колоний отбывал срок Тимур. Родственники его остались в одной из республик Средней Азии, так что на «грев» рассчитывать особо не приходилось. А вот к «коллеге» по отсидке, почти местному, родственники приезжали исправно, навещала и сестра, прихватившая с собой однажды на свидание подружку из вполне приличной семьи.

С какой стати девчонке захотелось понюхать блатной романтики, сказать трудно, но между ней и Тимуром, которого она видела мельком, завязалась активная переписка и ночные переговоры по мобильному телефону. Периодически телефоны у Тимура при очередном обыске отбирали, но появлялись новые.

Девчонка исправно пополняла телефонный счет любимому, таскала баулы с продуктами и даже намекала ни о чем не подозревающим родителям, что совсем скоро (через полтора года) познакомит их с будущим зятем, который сейчас «в отъезде». Сказать родителям правду она не решалась.
Омрачал тюремный роман только один факт – длительных свиданий подруге не положено.

А расписаться с зеком без родительского благословения девушка не рискнула. И только после выхода на свободу сидельца поняла, насколько оказалась права.

Тимур поселился у ранее освободившегося дружка, ездил с сомнительными друзьями на какие-то «стрелки» и «терки», у него появились немалые деньги, а редкие встречи с девушкой уже не имели никакого романтического ореола, за исключением блатной романтики. А когда исчезнувшего на время Тимура к ней домой пришли искать оперативники, девушка поняла, что «завязывать» с криминалом любимый не собирается.

В итоге для того, чтобы обезопасить дочь, родители даже поменяли квартиру. Но еще несколько месяцев бывший зек «доставал» подругу по телефону, обещая «разобраться» с ней и ее семьей. 
В тисках блатной романтики
Вполне понятно, почему большинство девичьих анкет на сайтах знакомств или в газетах пестрят одинаковым выражением «из мест лишения свободы не писать».

Среди потенциальных «заочниц» дам с высшим образованием практически нет, зато много не доучившихся девиц, из неполных семей либо ставших невестами (и женами) зеков «по наследству» – когда в семье кто-то был судим, и другой жизни выросшая с папой-сидельцем девушка не представляет.

Форумы бывших и нынешних «заочниц» отличаются своеобразным сленгом и не менее своеобразной орфографией: «никуда он от меня не дениться, пускай попробует!!!! Я его с под земли достану», или утверждение «мы щасливы», «эти рецедивисты, они способны даже жениться на той, которая им совсем и ненравится», «свиданку внепланово дали», «сначало то конечно, интересно, азарт, я тем более малявка ещё была», «женись наздоровье», «потом в очередной раз поехав на перекид, нас взяли мусора» и так далее. Романтизмом, может, и попахивает, но вот грамотностью – аж никак.
Цель большинства девиц, соглашающихся (и даже желающих) выйти замуж за зека – просто привлечь мужское внимание, которым они обделены в жизни. Хотя в лучшем случае такие браки распадаются почти сразу после освобождения «любимого», который может «пересидеть» у своей жены пару месяцев, пока не восстановит отношения с «миром криминала». В худшем же случае эти отношения могут закончиться совсем уж печально, когда вышедший на свободу арестант убивает спьяну недавнюю «заочницу».
Замуж на зоне выходят и матери-одиночки, у которых так или иначе не сложилась личная жизнь. Не получилось устроить свою жизнь здесь, она ищет счастья «там», искренне веря в то, что сиделец исправится, что выйдет на свободу «с чистой совестью» и уж точно станет хорошим отцом ее ребенку, тем более, что в объявлениях зеки очень любят писать фразу «ребенок – не помеха», да и «внешность значения не имеет, главное – душевная красота». Этим-то и покупают своих потенциальных не слишком привлекательных подруг – на воле ведь большинство мужчин, желающих заключить брак, не слишком уж радуются перспективе воспитания чужого дитя, а сидельцы, похоже, ну, просто горят желанием. А чего бы на словах и не «погореть», если ни воспитывать ребенка, ни жить с его мамашей после отсидки большинство и не собирается. 
Что удивительно, девушки-«заочницы» не боятся выходить замуж даже за приговоренных к пожизненному заключению, приговорив по сути и себя к вечной тюремной жизни, тасканию передач, общению через стекло и бесконечным разговорам о том, что через пару десятков лет приговор могут и пересмотреть…  
Жених, веди себя хорошо
В последние полгода в Крыму было зарегистрировано 45 браков с заключенными. Женят и в колониях, и в следственном изоляторе. После регистрации, которую проводят специально приехавшие сотрудники ЗАГСа, молодоженам положено длительное (на трое суток) свидание, заменяющее им «медовый месяц». С точки зрения Уголовно-исполнительного кодекса никаких препятствий для регистрации брака гражданином, находящимся в местах лишения свободы, не существует. Если только он не нарушает дисциплину и не имеет взысканий. Хотя девиц не останавливает и вызывающее поведение потенциального жениха – одна невеста признавалась: «нам нужна эта свадьба – его за плохое поведение хотят «на яму» кинуть, а я его как бы спасаю!» Кто только ее спасет, когда муж-сиделец выйдет на свободу?
По мнению администрации, женатые мужчины меньше нарушают режим и гораздо больше стремятся вернуться домой, где их ждут. Но, как признались нам сотрудники департамента по вопросам исполнения наказаний, статистики разводов среди бывших осужденных они, понятное дело, не ведут. 

Ванда ЯЗВИЦКАЯ “Крымский Телеграф”

фото Архив “КТ”

материал опубликован в “КТ” № 90 от 16 июля 2010 г. 

Источник: http://ktelegraf.com.ru/867-tyurma-i-svadba.html

Браки заключают на небесах, а регистрируют – за тюремной решеткой

Стоит ли выходить замуж за осужденного и какие могут быть последствия?

Пребывание за решеткой не мешает осужденным устраивать свою личную жизнь.

Сотрудники канцелярии исправительного учреждения ЮФ-326/6 ежедневно отправляют на волю более сотни писем (перед праздниками – до тысячи), и почти столько же белых конвертов летит в ответ на территорию, окруженную колючей проволокой.

Внутри конвертов – ответы на многочисленные вопросы, женские фотографии и описание планов на будущее. О том, что это будущее настанет лишь через пять, десять и более лет, хорошо известно и самим осужденным, и их подругам.

Специалисты отдела ЗАГС города Елизово, еженедельно регистрирующие в колонии два-три, а то и четыре брака, очень давно пытаются разгадать феномен столь огромной популярности осужденных мужчин среди женского населения Камчатской области – десять лет назад такое же количество браков здесь регистрировали за год!

Все мы не ангелы

Принимая документы от невест обитателей непионерского лагеря, начальник Елизовского ЗАГСа Людмила Ивановна Токарева ненавязчиво интересуется у посетительниц, юных и не очень, причиной столь самоотверженного поступка.

Знает ли будущая жена, за что ее избранник попал в режимное учреждение; если да, то сколько ему осталось сидеть? Готова ли она, будучи молодой и привлекательной, ждать его в течение всего этого времени? Как она представляет себе дальнейшую семейную жизнь с человеком, психика которого за эти годы претерпела существенные изменения? И наконец, неужели нельзя выбрать себе в мужья “простого смертного”, и правда ли то, что всех приличных мужчин пересажали?

Последний вопрос нас особенно заинтересовал. Моя собеседница вспомнила, как в ответ на него одно юное создание, закатив глазки, промолвило: “Вы думаете, я сама ангел?” Впрочем, здесь уже давно ничему не удивляются.

Лица, временно прописанные в зоне и порой передвигающиеся по ее территории исключительно в сопровождении режимной службы, за время отсидки вступают в брак с весьма солидными дамами, причем не один и не два раза.

Чтобы скрепить свой союз штампом в паспорте с новой избранницей, необходимо оформить развод с бывшей супругой. Расторжение брака в режимных учреждениях оформляют так же, как и на воле, по обоюдному желанию или решению суда плюс резолюция начальника колонии.

В Елизовском отделе ЗАГС помнят одну женщину, которая бегала по инстанциям, оформляя развод жениха-зэка по доверенности. Он, кстати, познакомился со своей бывшей супругой уже будучи за решеткой. Та его ждать не стала и уступила подруге.

Но такой живой и близкий пример не насторожил отважную невесту.

Осужденный на длительный срок товарищ благополучно женился во второй раз, и, возможно, не в последний, ведь никаких ограничений количества браков и разводов на душу населения в Семейном кодексе не предусмотрено, а браки с осужденными нынче в моде.

Кроме модных тенденций, в подобных союзах нередко присутствует расчет. В колонии есть категория осужденных, не имеющих родственников на воле и желающих получать посылки, бандероли и передачи, как все, не говоря уже о длительных свиданиях.

Однако невесты порой заключают с такими товарищами брачные контракты, чтобы впоследствии избежать имущественных претензий с их стороны. Не стоит также исключать расчет со стороны невест, ведь на воле у осужденных нередко остаются недвижимость и немалые деньги.

Но об этом специалисты Елизовского отдела ЗАГС могут только догадываться.

А вот сотрудники исправительного учреждения знают немало примеров, когда осужденный, соединив свою судьбу с любимой женщиной, твердо встает на путь исправления, заново переосмысливая свою жизнь, и в конечном итоге выходит на свободу раньше положенного срока. Беременность супруги, наступившая после первого длительного свидания, является большим стимулом для стремления к досрочному освобождению.

Настя и Андрей

Церемонии бракосочетания свободных женщин и несвободных мужчин проходят на территории исправительного учреждения ЮФ-326/6 по средам, в утреннее время.

В тот день, 13 июля, специалисту отдела ЗАГС предстояло объявить мужем и женой всего одну пару, поэтому невеста должна была явиться в “обитель Амура” в пол-одиннадцатого, чтобы поставить свою подпись в соответствующих документах и отбыть в колонию в сопровождении одного из специалистов отдела ЗАГС.

Девушка запаздывала. Пока мы ее ждали, гадая, не передумала ли она, еще две молодые женщины подали заявления на регистрацию брака в уже знакомом нам исправительном учреждении. Наконец, появилась невеста, извиняясь за опоздание, – на дорогах пробки.

Анастасия, 21 год, живет с родителями, занимается домашним хозяйством. Мама с папой обеспечивают всем необходимым и не возражают против брака с человеком, осужденным на девять лет за достаточно тяжкое преступление.

Они считают, что их дочь сама вольна распоряжаться своей жизнью, а их роль – ей во всем помогать.

Настя производит очень приятное впечатление спокойного и уравновешенного человека, но осознает ли она последствия своего поступка?

Я интересуюсь у девушки, что подвигло ее на такой шаг. Она говорит, что главная причина решения выйти замуж за осужденного – хорошие взаимоотношения с ним.

К тому же у Насти много знакомых, оказавшихся в аналогичной ситуации, но у тех родители против такого брака. Она говорит, что ей нечего стесняться, и готова предоставить нам свадебную фотографию для публикации.

(К сожалению, производить фотосъемку в стенах режимного учреждения ни ей, ни нам не разрешили.)

У Насти сложились очень теплые отношения с родителями жениха, которого, кстати, зовут Андрей. Сейчас ему 24 года, из них шесть он провел в ЮФ-326/6, осталось три. Новобрачные знают друг друга менее полугода. Их познакомил один Настин друг, также пребывающий по вышеуказанному адресу. Завязалась переписка, затем последовало краткосрочное свидание.

Будущего мужа немало удивила новость о том, что на предстоящей церемонии будет присутствовать журналистка. Он очень нервничал. Когда все наконец собрались, нас провели в оперативный отдел ЮФ-326/6, где выдали пропуска, и мы направились в комнаты свиданий. Там нас попросили выключить и сдать сотовые телефоны и паспорта, щелкнули замки, и вскоре нашим взорам предстал взволнованный жених.

У Андрея, который также производил приятное впечатление, не было слов, чтобы описать свои ощущения в тот момент. Он рассказал, что попал “на зону” в семнадцатилетнем возрасте, поэтому профессию пришлось получать в колонии, где, по его словам, жить вполне сносно. Здесь он выучился на автослесаря, здесь познакомился с Настей, здесь вступает в брак.

Конкретных планов на будущее у него нет, зато они есть у его невесты, но она на этот счет не распространяется. Родители жениха живут на побережье и приехать на бракосочетание не смогли.

Согласно правилам, действующим в ЮФ-326/6, на подобные мероприятия могут одновременно приходить не более двух взрослых человек, в тот день лимит был исчерпан матерью и сестрой невесты.

Настя явилась в строгом брючном костюме, жениху разрешили надеть черные брюки и белую рубашку. После церемонии им предстояло длительное свидание, невеста привезла с собой полный багажник всевозможной снеди, которой еще предстояло пройти тщательный досмотр. Шампанское, как и прочие спиртные напитки, здесь строго запрещено.

Никакой романтики!

Сотрудники режимного учреждения не понимают лагерных невест, особенно юных, полагая, что неопытные и, по их мнению, не очень умные девушки ищут в его стенах какую-то романтику. Иначе как объяснить стремление выйти замуж за осужденного, с которым знакома по письмам менее полугода? Настя сразу же заявила, что никакой романтики здесь нет и быть не может.

Далее мы увидели крохотную комнатку площадью 2,5 на 4 метра, куда едва поместились молодожены, двое гостей и специалист из загса. Сотрудники колонии и автор данного материала наблюдали за церемонией, стоя у открытой двери.

Слышали бы вы, как проникновенно звучала речь регистратора! Теплые слова в адрес молодоженов сгладили отсутствие праздничной обстановки и марша Мендельсона.

Супружеская чета обменялась кольцами, получила свидетельство о заключении брака; позже им предстояло провести трое суток в одной из комнат, расположенной далее по коридору, а мы отправились на экскурсию по территории свиданий.

Нашему взору предстали шесть комнат, таких же тесных, как и та, где каждую среду “объявляют мужем и женой” людей, живущих по разные стороны колючей проволоки. В каждой комнате умещаются две кровати, и больше ничего нет, да и пространство не позволяет, так что гостям приходится размещать свои вещи на подоконнике.

Кухня, где жена одного из осужденных готовила своему мужу обед, занимала в два раза больше пространства, чем любая из комнат. В соседних помещениях располагались душ и туалет, – словом, вполне приличное и очень чистое общежитие. Может, где-то здесь живет романтика?

Заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе Михаил Бойчук рассказал нам о том, что в год осужденным полагается три длительных и три краткосрочных свидания продолжительностью до трех суток и четырех часов соответственно с интервалом в четыре месяца.

Не думайте, что обитателю непионерского лагеря, вступающему в брак, полагается дополнительное или внеочередное свидание. Бывает и так, что по окончании церемонии невесты прощаются не с родственниками, а с женихом, поскольку ему на момент бракосочетания свидание не полагается.

Жениться – это без проблем, даже если осужденный в этот день обитает в штрафном изоляторе (такие случаи в ИК-6 – большая редкость), а получить свидание заблаговременно можно только за очень большие заслуги перед успевшей стать родной и близкой колонией и с разрешения ее начальника.

Источник: https://rg.ru/2005/08/19/braki.html

Уж замуж невтерпеж. Как на зоне проходят свадьбы заключенных

Стоит ли выходить замуж за осужденного и какие могут быть последствия?

Платье напрокат и первый брачный поцелуй под конвоем – свадьба в колонии отличается от обычной не только антуражем. Многие заключенные женятся по расчету — ради длительных свиданий, поэтому львиная доля таких пар обречена на развод. Корреспондент РИА Новости побывала на двух бракосочетаниях в разных исправительных учреждениях и посмотрела на отношения мужчин и женщин за решеткой.

Молодая всю ночь не могла сомкнуть глаз. После утренней проверки, когда другие осужденные идут работать, Анастасии разрешили вернуться в отряд и подготовиться к церемонии. В ее жизни сегодня важное событие — свадьба с любимым.

Настя отбывает наказание в колонии № 3 в Кинешме — для женщин, совершивших преступление впервые. В основном у осужденных здесь одна статья — 228-я. Вот и сегодняшняя невеста получила два года колонии общего режима за наркотики.

Поучаствовать в приготовлениях к церемонии хочется многим осужденным.

Ослепительно белое платье, туфли на высоких каблуках, яркие украшения — и девушки словно переносятся с зоны в обычную жизнь на воле. Увидеть неуставную одежду в учреждении в принципе редкость. Здесь запрещены не только украшения, но и яркий макияж, и пышные прически — волосы должны быть убраны под платок. Так что свадебный переполох легко объяснить.

Анастасия подошла к образу невесты со всей ответственностью. «Туфли я покупала незадолго до того, как… Не успела даже ни разу надеть. Вот, пригодились», — хвастается она обновкой.

Каблуки настолько тонкие и высокие, что ходить в них, кажется, невозможно. Зато красиво. Платье тоже новое — мама девушки по заказу сшила в ателье.

«Мама его спрятала, Лешке, моему жениху, не показывали — плохая примета! На краткосрочное свидание привез в запакованном конверте, открывать запретили строго-настрого. Так что для жениха мой образ сегодня станет сюрпризом», — продолжает девушка, пока подруга накручивает ей локоны.

— Первый раз замуж выходите?

— Если честно, второй, — говорит Настя немного застенчиво и тихо. — Первый раз — в 18 лет, глупая была. Отношения были так себе, поэтому, наученная горьким опытом, решила, что больше замуж не пойду. А тут Леша. Мы с ним встречаемся больше года, и если бы не это вот все, я, наверное, так бы и не решилась выйти еще раз замуж.

С будущим мужем она познакомилась в Пятигорске.

Много лет назад Анастасия уехала туда из родного Иваново, чтобы учиться и работать. С Алексеем, соседом по лестничной клетке, тогда и намека не было на романтические отношения.

«У нас были разные компании. Моя, как видите, не самая хорошая. Но Леше я нравилась, он ухаживал за мной как истинный джентльмен. Не было ни дня, чтобы в моем доме не стоял букет. Каждое утро он приносил цветы. А однажды пришел и говорит: «Люблю, не могу без тебя». И с тех пор вместе», — вспоминает осужденная.

Срок у Анастасии небольшой, в следующем году она должна выйти из колонии. Почему не подождать? «Я вообще не планировала, это он настоял. Сказал, это как доказательство серьезности его намерений».

Послушать историю Анастасии пришли другие девушки из отряда. Здесь каждая мечтает о таком: любимый поехал за ней из другого города, несмотря ни на что, пообещал быть рядом, да еще и замуж позвал. Все здесь об этом мечтают, но сказка сбывается у единиц.

«Когда меня посадили, я до последнего не знала, что меня этапируют так далеко, по прописке. И Лешу заранее не предупредила. Уже когда я была в Кинешме, мама сказала, что он приехал. Решил, что будет жить здесь и помогать. Нашел работу. Его родители тоже поддержали.

Не было такого, чтобы моя свекровь осуждала, наоборот, грозит ему пальцем: «Не дай бог упустишь!» Он покорил меня своими поступками. Посмотрела на него другими глазами. Ведь я не просила его ни о чем, была морально готова, что отношениям придет конец», — признается она.

Идут последние приготовления: надеть серьги, диадему, накрасить губы и все — можно на регистрацию.

Всем отрядом Насте искали тонкие колготки, но так и не нашли. Такие аксессуары здесь редкость.

«А сразу как меняешься! — Анастасия смотрит на себя в зеркало. — Туфли надела, платье — и ощущение, что я не на зоне, а на воле».

В последний момент, правда, начальник отдела воспитательной работы Наталья Днепровская уговаривает осужденную снять неудобные туфли и переобуться в обычные уставные ботинки.

— Да на таких каблуках с непривычки ты не дойдешь, Насть! — причитает Днепровская.

Благо, идти в таком полуторжественном виде недалеко — до комнаты для свиданий примерно сто метров. Потом надо быстро надеть туфли, чтобы жених не увидел.

Сама церемония заметно отличается от тех, что в обычной жизни. Ровно в девять утра приезжает регистратор из городского ЗАГСа с уже подготовленными заявлениями. На все отводится примерно десять минут. Никакого ресторана с сотней гостей, свадебного торта и медового месяца.

Однако традиции соблюдаются и в женской колонии: какая-никакая фотосессия, наряд, атмосфера праздника.

В комнате развесили шары, поставили букет из полевых цветов, а вечером в честь свадьбы пообещали чаепитие.  

«С одной стороны, грустно, что не будет торжества, как у всех, но с другой — это же счастье, что в принципе есть человек рядом, — размышляет начальник отдела по воспитательной работе с осужденными Наталья Днепровская. — А жених, судя по ее рассказам, действительно молодец: работает в автосалоне, не пьет, не курит».

Регистратор без лишних слов приступает к делу — сухим канцелярским языком чеканит заученные фразы, которые будто переносят присутствующих из комнаты длительных свиданий колонии в обычный ЗАГС.

«Согласны ли вы…» В этот момент у матери невесты катятся слезы из глаз.

Обручальные кольца в исправительном учреждении носить не положено, их надевают только ради соблюдения традиций.

После фотосессии Алексей бережно складывает украшения в коробочку и прячет в карман. «Ничего, вот выйдешь, еще раз свадьбу сыграем, уже как полагается», — успокаивает он жену.

Обычно после регистрации брака в колониях положено длительное свидание — трое суток. Но молодожены договорились перенести встречу на две недели.

Поэтому после оформления документов им отвели только пять минут. Остаться наедине нельзя, не положено. Безмолвным свидетелем поцелуев стала сотрудница колонии, которая, как могла, старалась не смущать супругов.

В 11:00 Настя, уже переодетая в безликую зеленую форму, выходит на работу. О былом торжестве напоминают только выбивающиеся из-под платка локоны. Осужденная трудится в школе, помогает педагогам.

«Эта работа научила меня терпению. Все люди разные — из разных социальных слоев. Бывает, попадаются такие, кого приходится учить не только грамоте, но и менять белье. Вроде бы взрослая женщина, а к быту не приучена. Не веришь, пока сама не увидишь. Это закаляет характер, ведь к каждому надо подстроиться», — философски замечает она.

Только под конец дня ее спрашивают, какая у нее теперь фамилия. «Нужная», — отвечает Анастасия. «Ну, с такой фамилией не пропадешь», — одобряют подруги.

Невеста бросает букет, он попадает в одну из девушек. Та сначала обрадовалась, а потом стушевалась: «Надеюсь, это не значит, что и мне замуж в колонии придется выходить? Хотя, с другой стороны, лишь бы человек хороший был».

Но если в колонии для женщин свадьбы случаются чаще всего по любви, то у мужчин все иначе. Есть такие, кто хочет жениться лишь ради комфорта и длительных свиданий, их разрешают только жене. Ради такого удовольствия мужчины красиво говорят то, что хотят слышать женщины, а те и рады.

Для сравнения: если в женской ИК-3, где отбывает срок Настя, в год проводится не больше десяти брачных церемоний, то в ИК-4, колонии особого режима для неоднократно судимых мужчин, — 18 свадеб в год.

«Во-первых, у мужчин сроки больше, а во-вторых, женщины так устроены, что ищут любви и на хорошие слова падкие. Вот и ведутся, — объясняет начальник отдела по воспитательной работе с осужденными Владимир Тетерюк. — Нам трудно вмешаться, ведь это личное дело каждого.

Случается, что сотрудники колонии пытаются разговаривать, когда видят откровенный обман. Иногда осужденные такие истории плетут! Заслушаешься! Там и страдания, и боль, и любовь до гроба. Не поверить невозможно.

Иногда смотришь, какие девушки приезжают — красивые, видные… Одна мысль в голове: что же на свободе ты не ищешь себе мужчину? Вот что делает их харизма!»

По его словам, чаще всего на обман покупаются так называемые «заочницы»: девушки, которые на воле с осужденным никогда не виделись, познакомились по переписке.

Многие из них уверены, что смогут помочь будущему мужу встать на путь истинный. Однако, настаивает Тетерюк, если человек больше половины жизни провел за решеткой, вряд ли он изменится.

В этой колонии сегодня женится Сергей Радонцев (имя изменено). Он познакомился со своей невестой Яной при весьма романтических обстоятельствах — в СИЗО.

«Мы сидели, ждали суда, я был там с другом. Ко мне приехала знакомая, а к нему — сестра. Мы общались, я увидел ее через прозрачную перегородку. Спросил, можно ли написать ей? Она согласилась», — вспоминает Сергей.

Когда он уже был в колонии, начали созваниваться. Радонцев на тот момент был женат. «Думаю, а что скрывать? Общались на дружеской ноте, поэтому так и сказал: с женой не складывается, хочу развестись.

Яна предложила помочь с разводом — оформили доверенность, чтобы по суду она могла запросить все документы. Сюда приезжала несколько раз. Так и сблизили нас эти бюрократические дела.

А потом спрашивает: сейчас разведешься, а дальше что делать будешь? Ну, я прямо и ответил: «На тебе женюсь», — рассказывает он.

Яна скромная. Пока Сергей говорит, держит его за руку, молчит и внимательно слушает. Чувствуя на себе взгляд избранницы, жених начинает активно жестикулировать, шутить, всячески старается быть душой компании, его компания сегодня — мы и сотрудники колонии.

«Так вот, она же мне не поверила сначала. А я понял, что люблю ее. Жить-то есть где, есть и дом, надо только найти работу. Я сварщик, золотые руки. По идее, все должно получиться, главное, опора теперь есть», — обрисовывает перспективы Сергей и застегивает рубашку.

Под ней на груди прячется наколка «Здравствуйте, я ваше горе».

— Яна, ты видела? Не боишься замуж идти за него? — спрашиваю девушку. Она только хохочет в ответ.

— Это давным-давно, — перебивает Сергей. — Делать нечего было. Насмотрелись всяких бандитских фильмов — и вперед.

Сидит Сергей с молодых лет. Первая ходка — кражи. «Я не понимал, что делаю, зачем. Не знал ни статей, ни Уголовного кодекса. Что хотел, то и творил, вырученные деньги тратил на свои развлечения», — пытается оправдаться он.

Первый срок был самым большим — восемь лет. Потом, уверяет Сергей, еще две судимости он получил ни за что — якобы одна женщина написала на него заявление, что он пришел к ней домой, ограбил, да еще и угрожал.

По словам Радонцева, все было не так: просто дама предложила ему прийти в гости и остаться. Сергей отказал, а отверженная женщина таким образом решила отомстить.

«Учитывая, что у меня так себе характеристика, поверили ей, а не мне, конечно. Я вернулся домой, а там уже сотрудники. Еще четыре года сидеть», — продолжает он.

«А жить-то хочется. У нас уже и планы есть — детишек надо рожать. Работу лишь бы найти, сейчас сложно с этим. Я жить хочу с Рыжиком», — ласково обращается Сергей к Яне и расплывается в улыбке из золотых зубов.

Регистрация в мужской колонии проходит еще быстрее. Три минуты на то, чтобы подписать свидетельство о браке, надеть кольцо на палец Яны и сделать фото на память. А потом — трехдневное свидание.

Источник: https://ria.ru/20180627/1523397137.html

Ветка права
Добавить комментарий